– Молодчина! – рявкнул он. – Теперь ты часть семьи. Можешь просить меня о чем угодно в любое время. Буду рад тебе помочь. Мы собираем уйму информации, которой может не быть у других людей. Кстати, Твити звали и моего отца. – Сфинкс поднялся и огромной львиной лапой похлопал Ааза по спине. – Был рад тебя видеть, Ааз. Жалко насчет Клуба Магов[7], верно? Не повезло.
– Ага, – кисло сказал Ааз. – Наверно, я даже не буду утруждать себя новым членским билетом. Кому они нужны?
– На самом деле, никому, – поддакнул сфинкс. – Просто, бывая в Вейгасе, люблю позависать там, пообщаться с народом, пообмениваться чарами и выдумками, вот и все. Эй, как-нибудь загляни в мое логово на стаканчик-другой, раз ты теперь здесь. И ты тоже, Скив. Я живу на одном из островов Фараона. Спроси любого, тебе скажут, как меня найти.
Ааз кивнул:
– Я только «за». До скорого, Твити.
– До скорого, Аазмандиус. Мне пора.
Сфинкс вернулся на свое место и надел сбрую. По сигналу пилота в переднем левом углу колесницы все они расправили крылья и двинулись вперед. Колесница оторвалась от земли.
– А что там насчет Клуба Магов? – спросил я.
– Ничего, малыш, – ответил Ааз с таким лицом, что я понял: вопросы лучше не задавать. – Ничего. Черт возьми, каковы были шансы, что единственный сфинкс на весь список членов клуба – и нате вам, – здесь? Это означает, что все слышали.
– Он принес тебе плохие новости?
– Нет. Я уже и так все знал. Просто напомнил мне об уроке смирения, в котором я не нуждался. – Он проводил взглядом колесницу, плывшую по песку, словно тень. – Что, во имя Крома, здесь делает Корреш?
– Готова? – спросил я, протягивая руку Тананде.
– Готова, – ответила она, улыбаясь слегка неуверенно.
Я тоже нервничал. Я заранее подготовился к нашему свиданию и надеялся, что мои приготовления придутся ей по душе. На мне была темно-синяя рубашка с открытым воротом, которую Банни считала самой красивой из моих одежд, и брюки песочного цвета. Я сумел не поддаться соблазну надеть мои любимые туфли, чьи мысы дважды загибались, заканчиваясь крошечными бубенчиками. Вместо этого на мне была пара удобных ботинок по щиколотку – на тот случай, если мне вдруг понадобится что-нибудь принести или перенести для нее.
Раз уж речь зашла о гардеробе, то на Тананде было зеленое платье с глубоким вырезом, из такой тонкой ткани, что оно казалось нарисованным на ней, но при этом оставалось непрозрачным. Я проверил его ткань на предмет магии, но, должно быть, это просто заслуга виртуозного мастера-ткача. Юбка была не такой короткой, как она обычно носила, но при каждом шаге она расширялась, открывая завораживающий вид на ее колени. Надо сказать, что на колени Тананды стоило посмотреть! Ее обувь была для меня загадкой, как и большинство женских туфель. Я отказывался понять, как можно оплетать себя сетью узких ремней поверх крутого ската подошвы, прикрепленной к каблуку не толще моего мизинца. В таких от неприятеля не убежишь. На узкой подошве не устоишь на одной ноге, если вдруг понадобится использовать тонкий каблук как оружие. Тем не менее в них ее ноги смотрелись еще привлекательнее, чем когда-либо.
Я под руку вышел с ней из палатки корпорации М.И.Ф. и помог ей сесть на чакшу, местную двухколесную повозку, которую тащила пара соксенов, красный и белый. Они побрели по улицам Базара, поднимая клубы пыли и испуская газы, что вполне можно было ожидать от крупных тягловых животных. Я заплатил им, чтобы они не испражнялись, пока нас не высадят. Это испортило бы настроение, которое я надеялся создать. Даже вечером воздух над Базаром оставался невыносимо душным. Пустыня остывала лишь через час после захода солнца. Будучи родом из измерения с умеренным климатом, я все еще удивлялся крайностям жизни в пустыне.
Я немного поразглагольствовал об этом наблюдении, сравнив Базар с климатическими условиями в Гордоне.
– Забавно, насколько они похожи, – прокомментировал я. – Я привык к тому, что измерения сильно отличаются друг от друга. Спроси ты меня перед тем, как я впервые покинул Пент, я бы сказал, что климат может вести себя только одним образом, но мне нравится разнообразие. Какая погода в Троллии?
– Другая, – неожиданно лаконично ответила Тананда.
Тананда сидела бок о бок со мной на изогнутом, но недостаточно мягком сиденье, и я ощущал, как напряжено ее тело. Для той, что происходила из расы существ, которые обожали – вернее, даже активно искали – близкие контакты с другими созданиями, ее поведение было неестественным. Я очень надеялся, что к концу вечера она расслабится. Возможно, подарок улучшит ей настроение.
– Вот, – сказал я, вытаскивая из-за спины небольшую коробочку и ставя ее ей на колени. Танда посмотрела сквозь прозрачный верх на содержимое. На вьющейся сине-зеленой листве лежали соцветия белых продолговатых лепестков.
– Цветы? – робко спросила она.
