– Это всего лишь небольшая часть общей суммы, и ты получаешь выгоду от вложений всех остальных. Лично тебе это обойдется… лишь в миллионную часть общих затрат. Ты можешь застолбить за собой право хвастаться тем, что участвовал в этом проекте с самого начала.
Бендикс погладил подбородок.
– Звучит привлекательно. Но о какой сумме идет речь, когда мы говорим о хорошем месте наверху? Скажем, на третьем уровне?
– Всего пятьдесят тысяч золотых.
– Сколько-сколько?
Я закрыл уши, чтобы не слышать их рев.
Сделки между извергами, как правило, не сопровождались такими оглушительными криками, как на Базаре, но они гораздо быстрее перерастали в проклятия и взаимные обвинения. К тому моменту, когда стороны на миг умолкли, чтобы перевести дух, я более чем когда-либо зауважал словарный запас Ааза. Поверенный-изверг возмущенно ахнул.
– Да ты, я смотрю, рехнулся. Ты говоришь, что вложил деньги в эту… эту дырку в земле? Раньше я немного уважал твои мозги, приятель. Не иначе как здешнее солнце окончательно их иссушило.
– Я не рехнулся! – настаивал Ааз. – Это отличная сделка! Тебе нигде не найти ничего подобного!
– Нет, если только я не захочу помочь некоему мошеннику вывести из этого измерения несуществующие миллионы его покойного дядюшки! Пятьдесят тысяч! Стоит вспомнить о том, через что я прошел из-за хрустального шара, ты же знаешь Деплору. Она вырвет мне когти. Вот и все. Забудь об этом.
Бендикс вытащил из кармана небольшое устройство. Взглянув на крошечный плоский экран, он начал поворачивать его в разные стороны. Когда тот оказался на одном уровне с волнистой синей линией в небе, он потянулся к красной кнопке под экраном. Он явно собрался уходить. Похоже, продажа не состоится. Я с глубочайшим сочувствием посмотрел на Ааза.
Желтые глаза Ааза вспыхнули ярким пламенем. Он выпрямился, словно собирая внутренние силы, и протянул руку, упреждая возможные возражения Бендикса. После чего, как будто выковыривая изо рта ломом слова, выдавил из себя одно-единственное предложение:
– Мы… могли бы договориться о… скидке.
Меня как будто огрели обухом по голове. Я оторопел. На миг у меня даже перехватило дыхание. Ааз? Договориться о
Бендикс был впечатлен ничуть не меньше моего друга. Его надбровные дуги поползи вверх, а сам он тихонько присвистнул.
– Смотрю, ты и вправду сильно этого хочешь, Ааз. В чем прикол? Изверги ничего не дают просто так.
Ааз махнул рукой:
– Это не просто так. Твои партнеры позавидуют твоему новому активу. Ты можешь поделиться с ними богатством – я же со своей стороны позабочусь о том, чтобы взамен ты получил скидку на свой собственный камень.
– О какой сумме мы говорим?
– Сколько старших партнеров в фирме? – вопросом на вопрос ответил Ааз.
Бендикс приподнял ладонь:
– Десять. Но мое имя стоит на бланке первым. Какую скидку ты готов предложить мне как самому старшему партнеру – и старому другу?
– Пять процентов, – моментально выпалил Ааз. Впрочем, по тому, как он это произнес, казалось, будто слова эти доставили ему не меньшую боль, нежели серьезная хирургическая операция. – Каждому. Если каждый приобретет камень той же стоимости, твой будет вдвое дешевле. Найди двадцать потенциальных клиентов, и тебе он обойдется бесплатно.
Бендикс пристально посмотрел на него:
– Звучит слишком заманчиво, чтобы быть правдой.
– Точно такой же вариант мне предложил подрядчик. Я получил такую выгодную сделку, что перекладываю сэкономленные на тебе средства. Я все равно получаю свой навар, но меня больше интересует возможность поделиться выгодой. Как я уже сказал, такое бывает раз в жизни.
– В рекламной брошюре говорится иное. Через двести лет здесь будет двадцать таких пирамид.
Ааз обнял сородича за плечи и другой рукой нарисовал панораму.
– Да, но это будет рекламный образец. Самая высокая. Лучше всего оборудованная. Ты можешь выбрать части своей биографии, которые пожелаешь увидеть на боках камня. Подумай сам, приятель: твои самые успешные дела будут запечатлены так, как тебе хочется, чтобы они запомнились другим людям. Разве это сравнится с Обозрением Изврского Права, чья копия всего лишь будет сохранена где-то там на жестком диске? Нет, это будет навечно выставлено напоказ, и каждый сможет это прочесть. А как насчет других твоих подвигов, а? Когда мы были молодыми? Сколько красоток в том бунгало влюбились в тебя за те выходные? Согласись, это круто смотрелось бы на каменном фризе, что скажешь? – Ааз фамильярно ткнул Бендикса локтем под ребра. – Все это будет написано иероглифами – тебе не нужно говорить Деплоре, что они означают.
По лицу Бендикса начала распространяться та же мечтательность, что и у Ааза, когда Сэмуайз уговорил моего друга приобрести камень. Но он мгновенно стряхнул ее, и его надбровная дуга вновь опустилась. Он хмуро посмотрел на Ааза.
– Готов поспорить на каждый зуб в моей голове, ты не даешь мне той же скидки, какую получил сам.
