Азербайджанцы – не единственный тюркский народ Кавказа. Есть еще карачаевцы, ногайцы, балкарцы, кумыки. Но ногайцы и кумыки, которые издавна исповедуют ислам, называют верховное божество не Аллах, а Тенгри. По крайней мере, в некоторых районах.
А вот птицы Симург и Конгрул есть как у тюркских, так и у иранских народов. Иногда их ассоциируют друг с другом. Симург – это царь птиц, которые в доисламском Азербайджане очень почитались.
Возможно, это отголосок зороастризма, где птицы были в особом почете. Да и само слово «Азербайджан» переводится с персидского как «жрец огня». Главным пророком огнепоклонников был Заратустра, а верховным божеством – Ахурамазда, владыка мудрости. На территории Азербайджана до сих пор есть огненные храмы, например Атешгях. Но поклонение огню сюда тоже принесли иранцы – со временем оно приобрело местные особенности и оставило заметный след в духовной жизни народа. У азербайджанского и среднеазиатского ислама есть много общего с зороастризмом. Например, Навруз-байрам – это праздник не только весны, но и огня. В Азербайджане есть традиция зажечь в этот день костер – тонгал – и семь раз через него прыгнуть. На праздничном столе обязательно ставят свечи. А еще на столе непременно должно быть семь продуктов, названия которых начинаются на букву «с». Это иранский обычай, а называется он «хафт син».
Султан Мухаммед. Пир Сады. Миниатюра, 1520–1522 гг. Музей Метрополитен, США
Хафт син. Традиционный стол на Навруз
Навруз – главный праздник Азербайджана. Но ему предшествует еще несколько особенных дней: в день Су чершенбе приносят домой воду из горных источников и угощаются сладостями, в Одлу чершенбе самые маленькие разжигают обрядовый костер – он должен догореть самостоятельно, день земли называется Торпаг чершенбе, а в последний вторник перед Наврузом нельзя ругаться и ссориться.
Но вернемся к священным животным. Птица – не единственный тотем азербайджанцев. Особое внимание уделяется и волку – не только кормильцу, но и спасителю, показавшему тюркским народам путь к искуплению.
Впрочем, есть и нечисть, происхождение которой вызывает вопросы. Например, Агач-Киши – это лесной дух, который чаще всего живет в горных лесах и имеет облик заросшего человека, напоминающего медведя. Или злой дух Гюль-Ябани – живет в степях и на кладбищах, имеет облик оборотня и может скакать в ночи на лошадях и запутывать им гриву. Если человек поймает его и успеет воткнуть иглу за шиворот, то заставит его служить себе. Также есть пещерные обитатели, карлики и циклопы, которые охраняют несметные богатства земли и могут похищать красивых девушек. Циклопы страшны, но их жизнь находится в маленьком пузырьке, что роднит их с джиннами.
Чтобы понять душу народа, нужно познакомиться с его мифами. Вот лишь малая часть азербайджанских сказаний.
Хан Шеки и хан Гянджи враждовали много лет. Каждый из них обвинял оппонента во всех смертных грехах, мыслимых и немыслимых. Все шло к войне, и однажды хан Гянджи ее объявил. Назначил он дату битвы и выбрал поле боя.
Хану Шеки оставалось только готовиться и вести народ. Он давно не воевал, потому даже не знал, где его доспехи. Они были в самой дальней комнате. Нашел хан все свое облачение, а вот шлема не обнаружил. Долго выпытывал он у матери, где его шлем, а она все придумывала отговорки. Потом женщина призналась:
– Я не могу отдать тебе твой шлем. В нем пара белых голубей свила гнездо. Недавно у них вылупилось три птенца. Эти птицы знают, где гнездиться, а потомство выращивают в безопасности. Если родители улетят, то птенцы погибнут, а наш край постигнут болезни и горе, несчастье поселится навечно на нашей земле. Как ты можешь пойти на такое?
Голубь – символ мира в Сумгаите, Азербайджан
Подумал хан и пошел на бой с непокрытой головой. Удивился его оппонент такому внешнему виду – спросил, в чем же дело. Ответил ему шекинский хан:
– В шлеме свили гнездо белые голуби, а недавно у них вылупились птенцы. Моя мать просила меня, чтобы не разрушал я их гнездо, чтобы мой народ не пострадал. Но тебя это смущать не должно, я готов к битве.
Замерли все. Хан Гянджи протянул оппоненту руку и сказал:
– Великий хан, я хочу заключить с тобой мир. Если твоя мать не захотела потревожить птиц и маленькую жизнь в их гнезде, то и мы не можем ради своих амбиций и власти убивать детей, разрушать семьи и дома.
