Второй сценарий: попытаться через Оджалана осуществить операцию по противопоставлению интересов турецких курдов с иракскими, возможно, и с иранскими, чтобы спровоцировать курдскую гражданскую войну. Затем под «миротворческими флагами», возможно, вместе с Ираном, ввести в Ирак войска. Причем добиться того, чтобы подобная акция не воспринималась мировым сообществом как военная интервенция. В противном случае рано или поздно придется смириться сначала с фактом курдской автономии в Турции, затем сепаратизмом иранских курдов, и быть готовыми принять проект «Большой Курдистан». Положение усугубляется еще и тем обстоятельством, что процесс фрагментации геополитического пространства осуществляется на стыковочных границах бывших империй — Османской, Российской и Персидской. Развал Ирака, потенциальная федерализация Турции неизбежно затронут Кавказ и Иран. Поэтому за действиями Анкары в отношении решения курдской проблемы внимательно наблюдают во многих странах.
На Турцию давит Брюссель, который в качестве одного из условий приема этой страны в ЕС настаивает на решении курдского вопроса. Турецкое руководство уже сделано определенные шаги на этом направлении: прошла либерализация законов использования курдского языка на курдском TV, радио и в тюрьмах. В принципе Анкара может амнистировать и Оджалана. В то же время в Турции и за ее пределами определились силы, которые пытаются политически скомпрометировать диалог Анкары с Оджаланом. К примеру, недавно на площади Таксим в Стамбуле был осуществлен теракт. Ответственность за него взяла на себя группировка «Ястребы свободы Курдистана». Однако доказать, что погибший смертник был связан с КРП, то есть с Оджаланом, следствию не удалось. Представители партии заявили о своей непричастности к этой акции. Усилия кабинета Эрдогана смягчить напряженность в отношениях с курдами открыто используются против него оппонентами, которые остаются на жестких антикурдских позициях и рассматривают примирение с курдами только как повод для начала беспорядков. Кстати, как показывают материалы, связанные с заговором «Бальоз» («Кувалда»), турецкие военные сами разыгрывали курдскую «карту», чтобы ослабить правящий режим Гюля — Эрдогана.
Анкара продолжает маневрировать. Как сообщают курдские новостные сайты, почти на каждой встрече с адвокатами Оджалан подвергает резкой критике руководство Иракского Курдистана, обвиняет его в том, что «империализм желает создать маленький курдский эмират типа Кувейта и Катара и привязать к нему курдов всего мира». Если раньше Эрбиль не комментировал высказывания лидера РПК, то в последнее время в курдских СМИ стали появляться материалы с критикой позиции Оджалана. Его стали подозревать в том, что он опирается «на силы, враждебные курдам, и служит то туркам, то арабам Сирии». Поэтому недавнее решение лидера РПК перебросить часть боевиков с территории Турции в северный Ирак — факт многозначительного свойства.
В перспективном плане просматривается следующее развитие событий. Возможно, до летних парламентских выборов Анкаре удастся сохранить перемирие с РПК. Оджалан заявил, что опасается государственного переворота. Ему действительно не поздоровится в случае ухода со сцены в Турции правящей партии. Но фактом является и то, что турецкий политический класс не готов воспринимать свою страну как федерацию, хотя толком никто не знает, как решить курдский вопрос исключительно мирными средствами. Сам Оджалан заявил: «Если нам предоставят законные и конституционные гарантии, мы сложим оружие и с нетерпением пойдем по пути демократических и мирных переговоров». В то же время сопредседатель Конгресса демократического общества Курдистана Ахмет Тюрк обозначил уже более отделенные перспективы: «Мы будем бороться и за свободу армян, арабов и ассирийцев в Турции». Так что в ближайшее время кабинету Эрдогана предстоит принимать сложные решения, чтобы сохранить власть и спасти целостность страны.
В Стамбуле в рамках XI саммита глав государств-участников Организации экономического сотрудничества (ОЭС) прошла трехсторонняя встреча глав МИД Азербайджана и Турции — Эльмара Мамедъярова и Ахмета Давутоглу, а также и.о. главы МИД Ирана Али Акбара Салехи. Ранее такие форматы переговоров между тремя соседними странами не практиковались. Поэтому встреча глав МИД трех соседних стран — это по сути попытка воссоздания того самого «исторического треугольника», в рамках которого могут начаться процессы важной политической значимости.
