Ограбление Манулевича прошло настолько гладко, что Пантелеев, видимо, уверовав в собственную безнаказанность, в тот же день решил на вырученные от ограбления деньги приобрести себе обувь. 4 сентября в четыре часа дня Пантелеев и Гавриков зашли в обувной магазин, принадлежащий «Кожтресту», расположенный на углу проспекта Двадцать Пятого Октября и ул. Желябова. Они попросили показать им самую дорогую обувь из ряда наиболее модных моделей. Продавщица Васильева принесла Леньке ботинки, которые тот не спеша примерил. Когда уже был выписан чек на покупку, в магазин вошел квартальный третьего отделения милиции, который вызвал для каких-то целей заведующего. В это время по лестнице в магазин поднимался помощник начальника третьего отделения Бардзай, который, увидев Леньку и Гаврикова и мгновенно узнав их, закричал: «Руки вверх!» Ленька удивленно посмотрел на него, но руки вверх поднимать не спешил. Наоборот, свои руки он демонстративно спокойно убрал в карманы кожаной куртки. Квартальный милиционер, неверно оценив ситуацию и думая, что он своими действиями поможет коллеге, выстрелил в Леньку, но промахнулся. Очевидно, что это была ошибка, поскольку сам квартальный был в стороне от Леньки, а Бардзай находился как раз напротив него. В ответ Ленька и подоспевший к нему на помощь Гавриков открыли прицельную стрельбу по милиционерам. Бардзай был смертельно ранен и упал. Квартальный спрятался за прилавком и из-за постоянной стрельбы бандитов не мог высунуть голову. Казалось, Пантелееву и Гаврикову вновь удастся уйти, однако сотрудники магазина успели по телефону вызвать подкрепление со стороны милиции, с помощью которого оба бандита были задержаны. В числе сотрудников милиции, которые задержали Леньку, были Бодунов, Кондратьев и Шальдо. Милиционеры не стали церемониться с Ленькой, и за смерть Бардзая тот рассчитался сломанными ребрами и выбитыми зубами. Ленька все стерпел, но, видимо, решил затаиться и отомстить милиционерам.
После ареста и предварительного допроса Пантелеев и Гавриков были помещены в Дом предварительного заключения, а затем переведены в Третий исправдом. Пантелеев был заключен в камеру № 196, а Гавриков — в камеру № 185. Обе камеры находились на четвертой галерее (этаже).
