Затем Ворон пришел туда, где жила одна старая женщина, и сказал ей:
— О, как я замерз, лакомясь этими морскими ежами!
Но она не обращала на него внимания, так что ему пришлось несколько раз повторить это. Наконец она воскликнула:
— О каком отливе говорит Ворон?!4
Теперь Ворон промолчал, и она повторила:
— О каком отливе ты говоришь?!
Она повторила свой вопрос несколько раз, пока Ворон не рассердился:
— Я нашпигую тебя панцирями этих ежей, если ты не замолчишь! — закричал он.
Так он и сделал, и она запела:
— Перестань, Ворон, вода будет спадать, если ты не прекратишь!
А Ворон все это время спрашивал у орла, которому он велел следить за уровнем воды:
— Насколько спала вода?
— По пояс человеку.
Через какое-то время Ворон опять спрашивал:
— Насколько спала вода?
— Вода стоит очень низко, — отвечал орел.
А старуха снова запела песню.
— Пусть весь мир высохнет! — сказал Ворон орлу.
Скоро орел сказал:
— Вода стоит очень, очень низко. Воды почти не осталось.
— Пусть еще больше высохнет! — сказал Ворон.
Наконец все вокруг совершенно высохло. Это был самый низкий отлив, какой когда-нибудь бывает. На песчаных отмелях лежали всякие звери и рыбы — лососи, киты, нерпы, и уцелевшие люди могли их добывать. В этот отлив они запасли еды очень, очень много. Когда вода снова стала подниматься, все смотрели на нее, боясь, что снова повторится потоп, и оттаскивали свои запасы подальше от берега, молясь, чтобы вода остановилась.
Задолго до этого потопа шаманы предсказывали его, и те, кто загодя стал запасать еду, уцелели, а остальные погибли.
Странствуя по свету, Ворон пришел в Тан-луту1 и встретил там человека по имени Коналгиш.
— Что ты тут делаешь? — спросил Ворон.
— Я люблю играть, — ответил тот. — Я игрок.
— Ты игрок, — ответил ему Ворон, — но ты никогда ничего не выигрываешь. Если ты съешь сорок веток заманихи и будешь поститься много дней, ты станешь великим игроком. Ты сможешь выиграть все что пожелаешь2. Но зачем ты хочешь научиться играть?
— Я все время играю, — ответил человек, — и никогда не выигрываю. Один человек выиграл у меня всю одежду моей жены, все запасы пищи и все вещи. Я не вынес такого позора и бежал из своего поселка. А сюда я пришел, чтобы умереть.
— Играть дурно, — сказал Ворон. — Играющие всегда злятся друг на друга; и все же я научу тебя. На одной из игральных палочек есть красный ободок. Пусть ее имя будет Нак, Рыба-Бычок. Если Бычок у тебя, тебе повезет. Пока он не пришел к тебе — удачи не будет. Пойди построй хижину из веток колючего кустарника. В ней ты должен прожить четыре дня и ничего не есть, и тогда к тебе придет Алкасати, Великий Игрок.
Три дня мужчина держал пост, питаясь только колючками, а потом отправился на поиски колючего кустарника. Скоро он нашел куст заманихи со стволом толстым, как у дерева, и покрытым шрамами. Он содрал с него кору в восьми местах. Когда он лег спать, ему приснилось, что к нему явился человек и сказал:
— Знаешь ли ты, кто я? Я — Великий Игрок! Ты содрал с меня кожу в восьми местах! Тем кустом был я! Когда ты уйдешь отсюда, — продолжал Великий Игрок, — оглядись вокруг себя там, на берегу, и ты кое-что найдешь. Когда дойдешь до своего поселка — снова оглядись, и ты еще кое-что найдешь.
Наутро к нему пришел еще один человек и сказал:
— Покажи мне свои игральные палочки.
Тот показал их ему, и человек дал им имена. Каждую палочку он назвал своим именем. На каждой палочке был какой-нибудь знак. Одна называлась Бычок, и остальные тоже имели названия по всяким животным и рыбам. Сейчас эти названия общие у тлинкитов и цимшиан3. Кроме Бычка есть еще две основные палочки, они называются Тук4 и Аншаджи5.
Так Великий Игрок научил человека, и тот отправился к своему племени. Собравшись в путь, он огляделся и увидел лежащую на берегу морскую выдру. А когда он дошел до места своей первой ночевки, где он останавливался на пути туда, он вновь остановился там на ночь и, оглядевшись, как ему было велено, увидел на берегу нерпу. Он содрал обе шкуры и высушил их. Это заняло у него целый день.
Когда он наконец пришел в селение, все стали над ним потешаться, говоря:
— Айао, Коналгиш!6
А Коналгиш сделал рубаху из шкурки морской выдры и одеяло из шкуры нерпы, поэтому все хотели сесть с ним играть, чтобы выиграть эти вещи. Когда он заговорил об игре, они стали смеяться над ним, потому что думали выиграть у него, как раньше. Тот, кто до этого обыгрывал его и выиграл у него все его имущество, уселся напротив. Это был хороший игрок, и поэтому он был очень богат. Они стали играть. Тут бедняк Коналгиш стал вдруг прыгать перед своим соперником, бегать туда-сюда, смешить его, так что тот сбился и ничего не мог сосчитать. Бедняк стал выигрывать. Когда он выигрывал табак, он угощал всех, кто собрался вокруг. Наконец бедняк Коналгиш сказал:
— Хватит. Я кончил.
Но богач ответил:
— Нет, давай играть еще! — надеясь отыграть все свое добро.
— Хватит, — повторил бедняк. — Завтра продолжим, если хочешь.
И он ушел, оставив соперника в большом расстройстве.
