Мифы «устойчивого развития» полностью

А вот если бы соотношение сил изменилось в пользу СССР, по-видимому, не было бы более последовательного защитника права вето, чем США и Запад, в целом. Под эту позицию, разумеется, и соответствующая аргументация сразу бы отыскалась.

Обратим внимание: вся эта, с позволения сказать, позиция, насквозь конъюнктурная, граничащая с тем, что В. И. Ленин очень точно и образно именовал «политической проституцией», без всякого зазрения совести Западом и послушными ему адептами «устойчивого развития» в России защищается с помощью «двойных стандартов»! Раз баланс в их пользу — никакое ограничение «неприемлемо уже само по себе».

В-четвертых, изливаемая авторами доклада желчь по поводу согласования позиций между некоторыми членами Совета Безопасности ООН безусловно адресована российско-китайскому сотрудничеству. Высматривая в чужом глазу соринку, авторы НГС как будто в упор не видят в собственном глазу британо-американского бревна. Якобы эти державы позиции между собой не согласовывают.

В-пятых — и это самое главное: признание, что «категорию постоянных членов придется сохранить», несмотря на вовлечение в борьбу против права вето проамериканского «агрессивнопослушного большинства».

Эта констатация провала всех прежних усилий сопровождается призывом к фактическому открытию как минимум четырех новых фронтов борьбы за «перестройку» институтов, призванную преобразовать существующий миропорядок:

— создания на месте ООН новой международной организации — «Лиги демократий» по Дж. Маккейну и И. Даалдеру или «новой ООН» — не для всех, а только для «избранных», по Г. Х. Попову;

— расширения системы институтов без права вето — с видом на передачу всех или части полномочий Совета Безопасности в другие структуры ООН. Именно для этого предлагался проект СЭБ; именно этому служит расширение полномочий Экономического и социального совета ООН или, например, ЮНЕСКО, в которой отсутствие права вето дополнительно застраховано от «нежелательных» неожиданностей механизмом ротации членов Исполнительного совета;

— вывода глобально-управленческих функций в финансовоэкономической сфере за рамки системы ООН — в «Группу двадцати» (и, как увидим в дальнейшем, не только в финансово-экономической);

— продолжения разнообразных игр вокруг реформирования ООН.

Последний из вариантов особенно интересен авторам доклада (и не только им) ввиду предоставляемого им обширного пространства для маневра. Поэтому обратим на него более пристальное внимание и мы.

Перед нами — документ, ранее уже цитировавшийся, а также подробно рассматривающийся ниже (глава 10 и глава 11). Это обнародованный 2 декабря 2004 года доклад «Более безопасный мир: наша общая ответственность», подготовленный Группой высокого уровня по угрозам, вызовам и переменам. Группа была создана в сентябре 2003 года решением Генерального секретаря ООН К. Аннана⁴⁷⁴. Вот что говорится в этом официальном документе ООН о реформировании Совета Безопасности почти через десять лет после появления доклада НГС:

«<...> Пяти постоянным членам (Совета Безопасности ООН. — Авт.) было дано право вето, но от них также ожидали, что они будут нести дополнительное бремя в обеспечении глобальной безопасности <...>.

С тех пор как был создан Совет, угрозы и вызовы международному миру изменились, также как и распределение силы между членами организации. Однако Совет Безопасности меняется медленно <...>.

После завершения холодной войны эффективность Совета повысилась, также как и его способность к действиям <...>. Финансовый и военный вклад некоторых из пяти постоянных членов (sic!) <...> является скромным по сравнению с их особым статусом <...>. Даже помимо использования формального вето, способность пяти постоянных членов не допускать включения наиважнейших вопросов мира и безопасности в повестку дня Совета Безопасности <...> подрывает доверие к работе этого органа<...>.