Мифы «устойчивого развития» полностью

«Еще до публикации „Пределов роста" мы очень опасались, что большинство выводов доклада будут считаться крайне пессимистическими. Вопреки сделанным в докладе заключениям, многие могут уверовать в то, что „природу" (если речь идет, скажем, о росте численности населения) нужно немедленно исправить, и показатели рождаемости круто пойдут вниз, прежде чем возникнет угроза катастрофы. Другие могут подумать, что выявленные исследованием тенденции находятся под надежным контролем и будут просто ждать, пока „чего-нибудь не произойдет". Третьи — и таких, наверное, будет большинство — понадеются, что незначительные изменения политического курса в различных странах помогут постепенно и вполне удовлетворительно урегулировать возникшие трудности и, может быть, даже прийти к равновесию, в то время как технология, рассыпая из рога изобилия спасительные решения, сыграет главную роль в предотвращении грозной судьбы Земли, которую предсказали различные формы коллапса в прогонах модели.

<...> Больше всего критических замечаний, особенно со стороны экономистов, было связано с тем, что практически все допущения, сделанные при построении модели, были очень грубыми. Мы охотно признали это, соглашаясь, что некоторые предположения могли оказаться необоснованными»⁷⁶ (курс. — Авт.)

Что здесь важно?

Прежде всего то, что авторы «Пределов роста» не скрывали явных опасений провала. Во-первых, потому, что справедливо считали приведенные ими доводы неубедительными, попросту высосанными из пальца; во-вторых, ввиду осознания умозрительности сделанных ими выводов на фоне отсутствия реальной угрозы (ее нет и сейчас). Все это, строго говоря, позволяло отмахнуться от группы Медоуза, как от назойливых мух, или, в крайнем случае, ограничиться полумерами формального характера. И тогда под угрозой срыва оказался бы весь замысел. Но спецоперация на то и спецоперация, чтобы не смогли отмахнуться.

Ясно, почему в Римском клубе так обрадовались и тому, что дискуссия пошла о конкретных параметрах предложенной «Пределами роста» модели. (На то, чтобы произошло именно так, денег, по-видимому, не жалели — «гулять так гулять!».) Дело в том, что согласие научной, политической и широкой общественности обсуждать характеристики этой модели означало — так или иначе — принципиальное с ней согласие, выразившееся в переходе на проектный язык ее авторов. Именно это, как мы сегодня понимаем, и было настоящей победой Римского клуба, которое Печчеи назвал внедрением своего «Троянского коня». И именно поэтому в конкретных цифрах и других параметрах «римские» идеологи так легко пошли на уступки. Наживка общественностью была уже проглочена! По доброй воле или по принуждению, но — была. Остальное становилось делом техники. «Коготок увяз — всей птичке пропасть!.. »

По этой же самой причине, перечислив три группы потенциальных критиков доклада — сторонников жесткого администрирования, тех, кто ждет конкретных эксцессов, и приверженцев полумер, Пестель умышленно умолчал еще об одной, наиболее крупной, серьезной и представительной группе, подвергшей документ тщательному содержательному разбору. О тех, кто, подобно В. М. Лейбину, с самого начала с цифрами и фактами в руках демонстрировал извращенность и лживость самого предложенного Римским клубом подхода, убедительно доказывая, что к катастрофе ведет не индустриализм как таковой, а его бесконтрольное, внеплановое развитие, в наибольшей мере свойственное капитализму.

Если руководствоваться критическими выводами этой группы исследователей, то вердикт, вынесенный идеям Римского клуба, звучит следующим образом. Никакого противостояния между развитием как неотменяемой, в отличие от роста, характеристикой человеческого общества и окружающей средой не существует. Это — выдумка и ловушка, в которую намеренно заманивают любителей сверхновых и модных модернизационных концепций.

А что же есть? Есть различные глобальные проекты, каждый из которых соответствует определенным цивилизационным, государственным, национальным, социальным и классовым интересам, выражается с помощью доминирующей религии и/или идеологии и реализуется посредством всей совокупности идей и норм, свойственных определенным жизненным укладам. Есть силы, выражающие эти интересы, исповедующие эту религию/идеологию и стремящиеся реализовать на практике соответствующие нормы, расширяя с их помощью сферы своего влияния.

И у этих глобальных проектов есть как субъекты, так и объекты.