– Олег, пока ты занимался газетными делами, в стране исподволь, как-то незаметно вспыхнуло что-то вроде кредитной лихорадки, носящей характер настоящей эпидемии. Банки лупят дикие проценты, вуалируемые всякими хитростями при составлении договоров, печатающихся в этой части настолько мелкими шрифтами, что прочесть невозможно, а люди, в массе своей не только экономически малограмотные, но и часто элементарно ленящиеся или стесняющиеся подробно изучить договор, не просчитав риски, набирают бытовых кредитов сколько получится, и в стольких банках, сколько обежать успеют. Законодательство и обоюдозащитные механизмы в этом направлении развиты пока слабо, а вернее, совсем не развиты. Всё это чревато неизвестно какими последствиями и для самих банков, и для кредитополучателей.
– Но я не финансист…
– А тебе и не надо им быть. Почти все сотрудники твоей лопнувшей редакции уже набрали кредитов, но вряд ли способны скоро рассчитаться и так или иначе являются реальными жертвами кабалы на долгие годы вперёд. Таких даже не с каждым годом, а с каждым месяцем будет всё больше и больше, процесс взрывоопасен, чреват социальными потрясениями на почве личного банкротства многих.
– Что, все глупые у нас в стране, не способны адекватно оценивать свои возможности, прежде чем за что-то браться?
– А у тебя в редакции газеты все глупые работали?
– Ну, у тех обстоятельства поприжали… когда вся, или почти вся зарплата уходит на оплату жилья…
– А у других психологический фактор. Помнишь ведь анекдотическую присказку: взять кредит – это всё равно, что обмочиться в штаны на морозе; сначала тепло-о, тепло… а потом…
– Что мне делать, и когда приступать?
– Три дня, включая предстоящие выходные – на окончание доклада. И сразу к работе.
– Какой?
– Той же самой, в своей любимой «Статус-deily».
– Не понимаю…
– А чего ж тут непонятного? С твоим другом Мормышкиным кое-какие люди побеседуют по душам, и он оставит тебя в покое.
– Попугают, что ли? Так ведь он же непредсказуем, особенно как выпьет. А пьёт он, не дай Бог – до полной невменяемости, в состоянии которой и принимает некоторые, порой судьбоносные, решения…
– Но при всём этом паталогически труслив, боится малейших скандалов
из-за своего тёмного бизнеса, который давно уже подвёл его к крайней черте.
Скандалы же, с газетой связанные и ему неподконтрольные, он сам загасить не в силах и легко пойдёт на то, чтобы свалить газету на кого угодно, хоть на тебя. А ты и воспользуйся моментом, начни ходить на работу, как говорится – сторожить фирму, поскольку закрыть организацию, да ещё с долгами по налогам, гораздо труднее, чем открыть, а реанимировать выпуск газеты сложно для тебя финансово. Добьёмся окольными путями возобновления некоторого, пусть чуть живого, финансирования её со стороны Мормышкина – на небольшую зарплату тебе и одному-двум помощникам хватит.
– А причём здесь кредитно-банковская сфера?
– Вот и подъехали к главному. Потихоньку, исподволь, но не теряя драгоценного для нас времени, начнёшь заниматься так называемым кредитно-посредническим бизнесом. Как ты уже знаешь, при обращении граждан за кредитами банки прозванивают в первую очередь места работы заёмщиков, запрашивают сведения о стаже, о размере заработной платы и так далее. Будешь торговать из-под полы этими сведениями и справками о зарплате там, где их будут требовать в письменном виде. И – статистика, статистика, и ещё раз статистика. По ходу дела придётся вникать в системы и методы работы служб безопасности банков, и на основе добытых тобой данных, и сведений от других таких же, как ты, сверху будет корректироваться соответствующее законодательство. С принятием мер к повышению экономической безопасности как банковской системы, так и государства в целом.
– Слушай, давай без официоза… мне-то башку не оторвут ушлые банкиры, у некоторых из них ведь службы безопасности недалеко пока ушли от бандитских методов девяностых годов?
– Лично тебе не оторвут. Обещаю.
– Ну, спасибо, товарищ генерал, хоть в чём-то утешил… и теперь я безусловно готов к выполнению очередного задания Родины.
– Да не трясись ты! Давай-ка, лучше по парочке рюмочек по нашему доброму обычаю.
– Обычно мы по одной на дорожку…
– А сегодня две надо поднять. Ты что, прослушал, как генерал только что тебя к ордену представил? А на дорожку уже вторая будет.
– Что-то про награду было такое… согласен. Ну, а сам-то ты как? Если кого и награждать, если по справедливости, за эти два этапа операции, так первым уж точно не меня.
– Я ж говорил тебе что-то по этому поводу после первого твоего возвращения… какие там награды, уцелеть бы не только в должности, но и на службе вообще…
– Подпирают крепко?
– Не то слово. Боюсь, итоги третьего этого твоего похода подводить будет с тобой уже кто-то другой, из более молодых и энергичных.
