Утром Кравчук отверг составленный ночью вариант и сел писать: «Сами писали, сами редактировали, — напишет в мемуарах Кравчук. — Если по старому протоколу, то раньше никогда не было, чтобы руководители государств сами писали государственные документы». Президенты с ближайшими помощниками работали в бильярдной, наконец оттуда донеслось «ура!», и по предложению Ельцина успех переговоров отметили шампанским.
Всего в соглашении о создании Содружества Независимых Государств было 14 статей. Первые лица договорились соблюдать принципы территориальной целостности и неприкосновенности границ каждой теперь суверенной республики. Заявили и о намерении установить объединенный контроль над арсеналами стратегических вооружений, о желании проводить сокращение своих войск и двигаться к полному ядерному разоружению. Участники СНГ получали право объявить о своем нейтралитете и безъядерном статусе. Возможность присоединиться к Содружеству оставалась открытой для всех республик СССР и даже других государств, если они разделяют цели и принципы, закрепленные в договоре. Координирующие органы СНГ должны были располагаться в Минске, а не в Москве: столице бывшей империи предпочли белорусскую.
Но если бы Россия вышла из СССР, не распуская его, у Горбачева оставался бы какой-то шанс сохранить союзный центр. Поэтому Шахрай или Бурбулис сказали, что три республики, когда-то основавшие Советский Союз, должны его распустить. Заявление об этом в соглашение добавили уже после того, как полный текст прочитали и одобрили высшие руководители трех государств.
Церемония подписания прошла в два часа дня 8 декабря в холле главного дома охотхозяйства. Столы принесли из других залов, стулья — из жилых комнат. Скатерть взяли из столовой. Президент России отмечал каждую согласованную статью «советским шампанским», поэтому немногочисленным белорусским журналистам посоветовали не задавать Ельцину вопросов. Тем не менее после официальной части он сам решил выступить перед журналистами. Глава белорусской пресс-службы перебил его: «Борис Николаевич, не надо ничего говорить, все же ясно!» «Ну, если вам все ясно…» — сказал Ельцин, и на этом пресс-конференция закончилась.
Назарбаев, которому позвонили накануне, обещал прилететь в Минск и приехать в Беловежскую пущу, однако его самолет сел в Москве, и Горбачев, получивший известия о роспуске СССР через прессу, уговорил его дальше не лететь. Три президента задумались, не собирается ли Горбачев применить силу — такое опасение высказал председатель КГБ Белоруссии Эдуард Ширковский, понимая, что только что был совершен государственный переворот.
Три президента уединились в апартаментах Ельцина. В десятом часу вечера 8 декабря президент России дозвонился Шапошникову. Он уведомил министра обороны, что три страны образуют СНГ, и зачитал отрывки из договора, касавшиеся вооруженных сил. Он также сообщил Шапошникову, что именно ему поручалось командование стратегическими силами СНГ. Шапошников эту должность принял.
Текст заявления лидеров трех стран в Беловежской Пуще
8 декабря 1991
[Архив Горбачев-Фонда]
Леонид Кравчук, Станислав Шушкевич и Борис Ельцин после подписания договора о создании СНГ
8 декабря 1991
[Ельцин Центр]
Заручившись поддержкой Шапошникова, руководители трех новых государств стали спорить, кому звонить следующему: Горбачеву или Бушу. Ельцин сказал: «Во-первых, СССР больше не существует, Горбачев — не президент и нам не указ. А во-вторых, во избежание неожиданностей лучше пусть он узнает об этом как о факте свершившемся, который уже нельзя отменить». Решили звонить Бушу, но сначала министру иностранных дел России Андрею Козыреву пришлось объяснять помощникам президента США, кто он такой и зачем их беспокоит. После этого Ельцина соединили с Бушем. Как обычно, Буш повел себя осторожно. Он молча слушал собеседника, время от времени вставляя: «Ясно».
Только третий звонок был сделан Горбачеву. Ельцин говорить отказался, поэтому деликатное задание поручили Шушкевичу. Согласно его воспоминаниям, он проинформировал: «Подписали вот такое заявление, и суть его сводится к следующему… Мы надеемся на конструктивное продолжение такого подхода и другого не видим». Горбачев: «Да вы понимаете, что вы сделали?! Вы понимаете, что мировая общественность вас осудит?» «А я уже слышу, — рассказывает Шушкевич, — что Ельцин разговаривает с Бушем: „Джордж, привет!“ — и Козырев переводит. Горбачев продолжает: „Что будет, когда об этом узнает Буш?!“ А я говорю: „Да Борис Николаевич уже сказал ему, нормально он воспринял“. И тогда на том конце провода Горбачев устроил немую сцену. И мы попрощались».
Горбачев выступил с заявлением о незаконности соглашения, заключенного в Беловежской Пуще, но, как мы уже знаем… «юрист ничего не поймет в российской истории»
9 декабря 1991
[Архив Горбачев-Фонда]
