18 мая 1924 г. Надежда Крупская передала «Письмо к съезду» Комиссии по приему бумаг В. И. Ленина. В ее состав входили Сталин, Зиновьев, Каменев, М. И. Ульянова, Бухарин, Смирнов и сама Крупская[243]. Надежда Константиновна была уверена, что никто не знал о содержании документов. Но Сталин и Каменев не только знали, но и успели подготовиться к моменту обнародования воли вождя, продумали, как это сделать безболезненно для себя. 21 мая 1924 г., чтобы заранее не привлекать лишнего внимания, в повестку дня пленума этот вопрос включили как «Доклад Комиссии пленума о приеме бумаг В. И. Ленина». Зачитать ленинское «Письмо к съезду» было доверено Каменеву. Он должен был сделать это так, чтобы сгладить остроту слов Ленина и одновременно убедить членов пленума согласиться с предложением «тройки» не выносить чтение письма на общее заседание съезда, а зачитать его по делегациям. Не преминул Каменев обратить внимание слушающих на то, что письмо было написано 1,5 года назад, т. е. как бы подталкивая их к мысли, что оно во многом потеряло свою актуальность. По окончании чтения письма по реакции участников пленума можно было понять, что новая информация не произвела шокирующего эффекта. Было принято решение исполнить волю Ленина: довести до сведения членов съезда ленинский документ через чтение его по делегациям и только членами Комиссии по приему бумаг Ильича[244]. В ходе обсуждения «Письма к съезду» члены практически всех партийных делегаций отмечали, что Сталин много сделал для революции, что он ведет умелую и действенную борьбу с разными антипартийными группировками и прежде всего с троцкистами. Все сошлись в одном и главном — «опасения В. И. Ленина о том, что генеральный секретарь партии товарищ Сталин по своему характеру может неправильно использовать свою власть, не подтвердились. Необходимо обеспечить и на дальнейшее время работу товарища Сталина в качестве генерального секретаря партии» [245].
Калинин был в числе «группы большинства», соглашаясь с тем, что освобождение Сталина с поста генсека повредит партии и ее борьбе за построение социализма в СССР.
Политбюро, намеренно используя авторитет Калинина в крестьянской среде, поручило ему выступить с докладом о работе в деревне, теперь уже на предстоящем XIII партийном съезде. Калинин в отличие от большинства «партийных боссов» порой нестандартно готовился к своим выступлениям. Так и в этот раз он обратился к крестьянам с просьбой выслать ему, как будущему докладчику, свои соображения. И письма пошли… На многих из них есть пометы Калинина: «Копия посылается в Информотдел ЦК РКП(б)», «Письмо использовано». 16 апреля 1924 г. в газете «Известия» были опубликованы «Тезисы М. И. Калинина о работе в деревне, одобренные в ЦК»[246]. 24 апреля печатается его отзыв на работу В. А. Карпинского «Электрификация голов. (Вопросы шефства над деревней)», в котором он дает высокую оценку за стремление автора развить шефство и материальное, и духовное над деревней.
На основе анализа множества поступивших к нему крестьянских писем Калинин написал статью для «Известий» «Вопросы работы в деревне». В ней он призывал власти во всех случаях быть более осмотрительными при использовании термина «кулак», не допуская огульного отнесения крестьян к данной категории. Призывал учитывать и такие позиции, как история хозяйства, формы и направленность его ведения, наличие работников и неработающих членов, общественная позиция главы семейства.
После майских праздников Калинин отправился в Сибирь. На встрече с крестьянами в с. Каменка Ново-Николаевской губернии он объяснял:
