– Ты тоже ничего не можешь против нас двоих, – усмехается Кира. – Что, усыпишь нас? А этот? – Она кивает на Лиама. – Заставит нас плакать или бояться? Нам решать, что хорошо для всех. И кто выживет, а кто – нет.
Сина ничего не отвечает. Слова Киры утвердили их с Блейком в позиции вожаков. А Сина своим молчанием согласилась с Кирой. Я опускаюсь на колени рядом с Нильсом. Его лицо уже стало фиолетовым, тело твердо, как металл. Я пытаюсь ещё раз проникнуть в мозг Блейка – и не могу! Разгорающаяся внутри паника ослабляет меня. Внезапно Блейк сам, ухмыльнувшись, выходит из сознания моего друга. Тот, расслабившись, вытягивается на влажной холодной земле. Я обнимаю Нильса и чувствую, как поднимается и опускается его диафрагма. Он снова дышит! Мне кажется, казнь окончена, но нет. Блейк оборачивается к Кире и бросает:
– Оставляю тебе. Покончи с ним.
Кира вновь врывается в голову Нильса, и он издаёт такой жуткий стон, что меня саму словно скручивает от боли. Я бросаю взгляд на Вигго – и впервые в жизни испытываю к нему презрение.
– Трус! Жалкий трус!
Вигго не двигается. Но его дыхание становится быстрым и поверхностным. Он сжимает кулаки.
– Она была мне как сестрёнка! А он позволил ей умереть!
Вигго кричит. Долго сдерживаемый гнев вырывается из него будто лава. И моё собственное бешенство вспыхивает в сто раз сильнее. Тем временем Кира продолжает истязать распростёртого на земле Нильса.
– А Жанна была как сестра нам! – ору я. – Она погибла, пытаясь спасти Несс! И что? За это я должна позволить тебе умереть?
Я вскакиваю, грубо хватаю его голову и заставляю посмотреть на меня.
– Отвечай! Я должна дать тебе погибнуть?.. Или, может, самой тебя убить?
Вигго зажмуривается.
– Если ты позволишь им убить Нильса, – шепчу я, – ты потеряешь всякое достоинство. И меня. Совершенно точно.
Я не знаю, что значу для него. И имеют ли мои слова сейчас какой-то смысл. Но я вижу, что взгляд Вигго делается чуть более осмысленным. И верю, что всё может измениться. Я чувствую пальцами, как играют желваки у него на щеках, как напрягаются челюсти. Вигго сжимает зубы. Что-то трещит и ломается. И в нём, и между нами, оставляя во мне ледяную пустыню. Но на кону стоит жизнь Нильса – моего брата, моего безупречного помощника и ангела-хранителя, которого я никогда не буду любить как Вигго. И при этом буду любить всегда. Вигго выпрямляется. Отступает назад и смотрит на Киру. Та застывает, потом издаёт гневный возглас и отпускает Нильса, подчиняясь мысленному приказу Вигго. Блейк устремляет на него потемневший от ярости взгляд. Я готовлюсь отразить атаку, если он опять возьмётся за Нильса. Но этого не требуется. Послушная воле Вигго, Кира разворачивается и выходит за пределы круга.
–
Кира вне себя от бешенства, но ослушаться не может. И как робот выполняет команду. Она останавливается, лишь подойдя к ограде, за которой – довольно высокий, метров десять, обрыв. Внезапно Кира начинает карабкаться на ограду. Она оборачивается и смотрит сначала на Блейка, потом на Вигго. Взгляд её полон гнева, но и мольбы тоже. Не давая Блейку времени на контратаку, я врываюсь в его мозг.
– Ты ничего не сделаешь против Вигго.
Кира перекидывает через забор вторую ногу. Потом повисает над пустотой, вцепившись в металлические штыри. Блейк капитулирует:
– Стой! Мы его отпустим. Стой!
Вигго отпускает Киру, которая быстро подтягивается, перелезает на нашу сторону и спрыгивает на землю. Она учащённо дышит, её тело сотрясает мелкая дрожь. Кира бросает на нас разъярённый взгляд.
Вигго поворачивается ко мне и кивает на Нильса.
– Уходи. Уходите
Нильс с трудом встаёт на ноги. Я поддерживаю его. Он делает неуверенный шаг, затем второй, опираясь на меня. Я веду его сквозь порывы усилившегося ветра. Когда мы отходим на безопасное расстояние, я оборачиваюсь. Все смотрят нам вслед. Кроме одного. Я хочу поймать взгляд Вигго, но тот смотрит в пустоту. Так, словно меня вообще нет. Он сам осуществил мою угрозу: я его потеряла. Совершенно точно.
– Я могу идти, – утверждает Нильс.
Он делает шаг и, пошатнувшись, хватается за обшарпанную стену дома на небольшой улочке, где мы с ним укрылись.
– Я вызову такси. Или, на худой конец, отцовского шофёра. Он отвезёт тебя в Центр, – без особой уверенности предлагаю я.
Ответ Нильса совершенно очевиден.
– Такси во время революции не работает. Шофёр твоего отца – либо отморозок, который моментально нас заложит, либо тип, за которым очень хорошо следят. Твои родители сидят под домашним арестом. У них и без того хватает проблем.
С этим не поспоришь.
– Ладно, тогда идём. Обопрись на меня.
– Я не ранен. – Он ощупывает своё тело.
– Ты можешь хоть раз в жизни позволить себе небольшое проявление слабости?
– Перед тобой? Никогда. Я здесь, чтобы защищать тебя, а не наоборот.
– Тебе нет необходимости разыгрывать передо мной супергероя, грязный мачо. Я знаю, кто ты.
