Однако на данный момент все это оставалось не более чем измышлениями и теориями. Не имея ни малейших доказательств, он никогда не убедит никого прислушаться к нему, и уж тем более этого засранца Де Фалько.
Было чуть позже семи часов утра, когда Меццанотте прибыл на вокзал. Вокруг не было ни пробок, ни людских толп. Сейчас этим местом полностью владели небольшие группы неграждан ЕС, слоняющихся по мраморным ступеням переднего двора, бездомных, разбивших лагерь между колоннами Галереи делле Карроцце, и героиновых наркоманов, которых ломка снова выбросила на улицы в поисках денег на дозу.
Уже одетый в форму, Рикардо направился прямо к туннелю, не заходя в управление. Он быстро прошел мимо все еще зарешеченного входа в Центр помощи, а затем – мимо киоска с мороженым, который в эту минуту только открывался. Мороженщик, с которым инспектор разговаривал накануне, посмотрел на него долгим мрачным взглядом.
Перейдя улицу, Меццанотте нырнул в полусвет неоновых ламп и пошел по узкому тротуару с правой стороны туннеля, с той стороны, где должна была находиться платформа подземной станции. Хотя обстановка здесь была, мягко говоря, нездоровой, между центральными колоннами расположились несколько бедняков, ютившихся на подстилках из газет, одеял и картонных коробок. Для девушки войти туда одной ночью было не менее рискованно, чем приставить пистолет к виску во время игры в русскую рулетку. Лаура, должно быть, по-настоящему беспокоилась об этих детях…
В середине туннеля Меццанотте подошел к большой железной двери, выкрашенной в темно-зеленый цвет. Здесь не было никаких знаков или объявлений, кроме одного, запрещающего вход посторонним; но если из туннеля и существовал путь в подвал, то он мог быть только здесь.
Пока Рикардо размышлял, что делать, в туннель въехал мусоровоз. Он медленно и шумно доехал до двери, где остановился с коротким гудком. Вскоре после этого тяжелые металлические двери открылись, и Меццанотте вошел следом за грузовиком. Тот направился к мусорным контейнерам, стоящим в конце обширной погрузочной площадки, где несколько рабочих трудились на погрузчиках. Тут Рикардо заметил сотрудника, сидящего за столом на противоположной стороне, и подошел к нему.
– Доброе утро, я инспектор Меццанотте из «Полфера». Уже на работе в такой час, и даже в воскресенье?
Мужчина широко развел руками.
– Вокзал никогда не отдыхает… Что я могу сделать для вас, инспектор?
– Я расследую дело о пропавшей девушке. В последний раз ее видели в пятницу вечером в вашем туннеле. Были ли здесь еще люди, скажем, между восемью и девятью часами? Возможно, кто-то заметил ее…
– В туннеле? Ей что, жить надоело? – прокомментировал клерк, изобразив ухмылку, которая тут же замерла на его губах под взглядом Меццанотте. Он сразу уткнулся носом в журнал, а затем поднял голову, постукивая указательным пальцем по странице. – Вот оно. В пятницу после восьми были только Амодио и Морони. Они разошлись в полдевятого… – Клерк огляделся, а затем начал громко кричать, делая широкие жесты рукой: – Амодио! Амодио, иди сюда, сейчас же!
К нему неохотно подошел жилистый молодой человек в комбинезоне, бросая опасливые взгляды на Меццанотте.
– Амодио, инспектор хотел бы задать тебе несколько вопросов.
Рикардо поприветствовал его, протянув ему руку. Перед тем как пожать ее, рабочий вытер свою собственную руку о комбинезон, оставив на нем черное пятно.
– Когда вы уходили в пятницу вечером, вы шли пешком или ехали на машине? – спросил его Меццанотте.
– На машине. Меня подвез Морони.
– Когда вы уходили, видели ли кого-нибудь здесь, в туннеле? Девушку?
– Девушку? Ну, я был смертельно уставшим и…
– Подумайте еще, это важно.
– Подождите… ну да, у нашего входа стояла девушка. Я увидел ее мимоходом, всего на мгновение. Помню, мне показалось это странным. Она не выглядела как наркоманка или шлюха, более того, была довольно симпатичной. Но когда я обернулся, чтобы получше рассмотреть ее, она исчезла, да так внезапно, что я подумал, что мне это приснилось.
«Именно этого я, черт возьми, и боялся, – подумал Меццанотте. – Она успела проскользнуть внутрь до того, как дверь снова закрылась, – как и я вслед за мусоровозом».
– Есть ли способ добраться отсюда до старых подземных путей? – спросил он, оглядываясь по сторонам. – Тех, которые раньше использовались для погрузки грузов и сортировки почты.
Клерк за столом выгнул бровь.
– Да, они находятся в конце помещения, но…
Не дав ему договорить, Меццанотте большими шагами направился в указанном направлении.
