Она прервалась, заметив легонько открывающуюся дверь, - Ангелина Степановна ввозила накрытый сервировочный столик.
- Лимон хорошо бы свежий, - вскользь бросила Панина, брезгливо колупнув холеным ногтем заветренный кусочек.
Слегка покраснев, Ангелина Степановна коротко кивнула, вышла и быстро вернулась, неся на блюдечке свежеискромсанные ломтики.
- Теперь достаточно? - с преувеличенной вежливостью поинтересовалась она.
Панина не сочла нужным ответить - отношения между заносчивыми женщинами как-то не сложились. Дождалась, когда кабинет вновь очистится. Придвинулась поближе:
- Победа коммунистов на президентских выборах сомнения, увы, не вызывает.
- Чур тебя!
- А нечего чураться. Хуже, чем есть, не будет. Коммунисты, они ведь тоже давно не те. Есть, конечно, и ошпаренные. Так таких всюду хватает. Но в основном люди, как ты говоришь, вменяемые. Вросли, что называется, в новую экономику. Возьми хоть своего тестя. Пять лет прошло как отодвинули. Ну и чего за это время насоздавали? Развалили только, что успели. Лучше его хозяйственника в области как не было, так и нет. С этим хоть согласен?
- Ну.
- Так вот принято решение - через месяц Кравец заявляется на губернаторские выборы.
Сказав главное, она взялась за чашку, даже не вспомнив о лимонах, которые по правде не переносила.
- Так ты что, не знал? - вроде бы удивилась она.
- Мы с тестем о политике не разговариваем. Сохраняем нейтралитет. И без того поводов сцепиться хватает, - скандалы между самолюбивой Альбиной и ее властным отцом в последние годы вспыхнули заново, так что даже забирать в гости внучку дед присылал личного шофера.
- Сие печально. Но - есть малые семейные ссоры, а есть, извини, большой клановый интерес.
- Мой интерес в этом деле один - обеспечить порядок на выборах.
От такого перла Панина аж поперхнулась.
- Вот что меня в тебе не устает поражать, Андрей, - это как ты, такой видный здоровый мужик, и всякий раз норовишь заново целочкой прикинуться.
Тальвинский нахмурился: пошлость он не терпел во всех ее проявлениях. Но особенно - в женщинах.
- Чтоб обеспечивать порядок - достаточно постовых, - нимало не смутилась его неудовольствием Панина. - А начальник УВД - это не сумма постовых. Это - хочешь, не хочешь - политик. И твоя задача - не порядок на выборах обеспечить. А РЕЗУЛЬТАТ! Или - опять не понимаешь?
Поджав губы, Тальвинский смолчал. Не любил он, когда его вот так принимались загонять в угол, как нашкодившего кота - шваброй.
Панина вскочила, потянулась полнеющим телом, прежним крупным хозяйским шагом прошлась по кабинету:
- Честное слово, Андрей Иванович, мне даже странны эти предисловия. Ведь все прекрасно понимаешь. В Москве твои позиции потеряны. Дай Бог до выборов досидеть. А уж то, что сразу после выборов уберут, так это к бабке не ходи! В любом случае. Кроме одного. Если губернатором станет твой тесть! И это всем надо. А раз надо, будем делать. Мое - финансы. Твое - силовое сопровождение.
- В силовом ты сама поднаторела. Знаю, при банке твоем бандюки Будяковские пригрелись.
- Кто их, сирот, кроме меня, пожалеет. Да и лучше, чтоб под присмотром. - Смотри, Маргарита, с огнем играешь!
- А я не из пугливых. Да и Будяк у меня как раз управляемый. Он четыре завода в моем холдинге под контролем держит.
- Заводы! Да он трижды три умножить не сможет.
- За таблицу умножения не поручусь. Но миллион к миллиону прибавить, - это он справляется. Давно Будяк не тот, кем ты его по привычке держишь. С тобой-то вот потрудней сговориться. Нет, ты подумай! - она всплеснула руками. - Я его еще и уговаривать должна! Так что, господин генерал? Или - все-таки пока товарищ?
- Тебе, конечно, товарищ. Только вряд ли смогу быть сильно полезен. С февраля отбываю на три-четыре месяца в Венгрию, на стажировку. В порядке обмена опытом.
- Он, может, и да, - Панина скептически поморщилась. - Только тебе-то он сейчас не помощник. Серьезную подпорку из-под тебя выбили. И тем более тебе позарез важно, чтоб Кравец в губернаторы прошел. Оставь вместо себя самого надежного.
- Муслина, конечно?
- В идеале. Твой зам Муслин.
- Скорее - твой.
- Тогда наш. Не будем препираться. Дело-то общее. Тем более в технологиях предвыборных он немножко натаскался. А ты - опять останешься чистеньким и не при делах. Ну, так что, моя милиция меня бережет? Как там любит говорить твой Меденников? По рукам и - побежали?
- Я дам Муслину соответствующие инструкции.
- Вот и славно, - Панина потянулась за сумочкой. - Значит, договорились.
