Кто тогда мог подумать, что ошеломляющие эти, калейдоскопические события августа девяносто первого причудливым образом увяжутся с историей разгрома котовцев и через несколько лет приведут к трагической развязке, разбросавшей их с Виталием Морозом по разные стороны жизни.
Некстати набросившиеся воспоминания так глубоко завладели генералом, что он не сразу расслышал легкий стук в дверь купе. А расслышав, не двинулся с места - наверняка недотепа-проводник припомнил, что забыл забрать билет.
В дверь опять постучали, более настойчиво.
Генерал нехотя поднялся. "Какое-то совершенно разобранное состояние. Надо бы взять себя в руки. Сосредоточиться. Заняться делом. Встреч, подобных сегодняшней, часто не бывает. Похоже, передо мной последний крутой поворот. И в очередной раз проскочить его - этого просто нельзя допустить. А потому -за работу!". Поняв, что мысленно почти дословно воспроизвел одну из любимых чекинских фраз, генерал помотал седеющей головой, отгоняя наваждение.
С показным неудовольствием отдернул дверь и ... отступил назад.
Чуть прищурившись, глаза в глаза, на него смотрел Виталий Мороз. На лице его, изуродованном кривым шрамом, установилось выжидающее выражение, которое, в зависимости от реакции собеседника, одинаково легко может перейти как в приветливость, так и в угрожающую усмешку.
- Здравствуй, генерал. Не приглашаешь?
- Ты и без приглашения горазд. Здорово, Виташа, - оправившись, генерал посторонился, пропуская нежданного гостя. С некоторой натянутостью, объяснимой, впрочем, внезапностью встречи, протянул для рукопожатия руку, поколебался и, решившись, обхватил вошедшего за плечи. - Выследил-таки, зараза! Вижу, не утратил прежних навыков. И все тот же. Чего просто не позвонил? По моим сведениям, вернулся ты еще позавчера.
- Тебе, пожалуй, дозвонишься, - Виталий Мороз беспечно уселся на диванчик, бесцеремонно заграбастал початый коньяк, оценил марку. - Не слабо. Никак в одиночку баловаться приспособились?
- Разминался перед твоим приходом,- генерал с облегчением перехватил бутылку, достал из кейса два дорожных стаканчика. - Так что, за встречу?
- Правильней бы, для начала - за долгую разлуку. Но - не пью, - Мороз аккуратно перевернул один из стаканчиков, прихлопнув сверху.
- Что болит? - генерал нахмурился. - Печень? Желудок?
- Душа. Помнишь еще такое слово? - с раздражающим упорством Виталий разглядывал хозяина купе.
