- Да. Спасибо за гостинчик. На такой компре я у нее не только комбинат задаром, но - еще и банк впридачу подгребу, - азартно объявил он. И тут же забеспокоился. - А Мороз - отдаст подлинники?
- Мне-то?!.. Разреши воспользоваться? - Тальвинский выудил из кармана оставленную Морозом записку, набрал телефон. - Пожалуйста, информация для абонента шестнадцать восемьсот пядьдесят два - "Ты прав, Виташа! Дружба превыше всего. Но пассаран! Немедленно жду твоего звонка на телефоне.." - он обнаружил надписанный на аппарате номер, продиктовал диспетчеру пейджинговой связи.
Повесил трубку:
- Ждем-с!
Патетическое послание заставило Меденникова поморщиться. - Сколько он запросит?
- Запросит? - вопрос оказался для Тальвинского неожиданен. - Понятия не имею. Думаю, ничего.
- За ничего и результат - ничего. Ста тысяч ему хватит?
- Долларов?!
- Не тугриков же. - Он, насколько знаю, планировал передать это в прессу или - в один из предвыборных штабов.
- А вот этого категорически нельзя, - быстро отреагировал Меденников. - Категорически! Компромат имеет переговорную силу, пока он в наших руках. Если "выстрелит" где-то, то - убрать Панину, может, и уберем. А "уронить" ее в цене уже не получится. Так что, если Мороз твой заартачится, предложишь вдвое.
- Да не заартачится он. У него идея фикс - Панину и Кравца свалить. А как мы это сделаем, его не волнует. И потом - мне он верит.
Раздался зуммер связи с приемной.
- Слушаю, - склонился Меденников.
- Там какой-то Мороз. Говорит, что...
- Соедините. Держи!
Андрей схватил трубку, предвкушающе улыбнулся:
- Виташка! Все образовалось. Я рассказал о...нашей проблеме. Короче, ты сейчас звонишь не куда нибудь, - он сделал вопросительное движение бровями, и Меденников подтверждающе кивнул, - а в администрацию Президента. И - чтоб долго по телефону не распыляться - здесь к твоей информации проявлен большой интерес. Ты меня слышишь?
- Да. А как ее планируется...реализовать?
- Будет предъявлена...фигурантам. После чего под угрозой огласки им придется лишиться и постов, и бизнеса. Ты понял? Это то, Виташа, чего ты так уперто добивался. И - вопреки всему, добился. Больше того, намекну, что страдания твои окупятся. Сто, - разглядел поспешный жест раздвинувшего пятерню Меденникова, - сто пятьдесят тысяч долларов - как тебе это? Что молчишь? Язык разом отсох от счастья?
- То есть - материалы покупают?
