Эмма отправилась в пятую палату. На койке сидела плачущая женщина, которая прижимала к груди голосящего ребенка с раной на лбу. Мужчина в белой майке-алкоголичке мерил шагами палату. Эмма улыбнулась и представилась. В ответ ей никто не улыбнулся.
— Откуда он упал?
— Вывалился из магазинной тележки, — отрывисто произнес мужчина.
— Он заплакал сразу?
— Да, — всхлипнула женщина.
— Его рвало?
— Нет.
Если не считать гематомы на лбу, ребенок был в полном порядке. Тихо напевая, чтобы успокоить малыша, Эмма тщательно его осмотрела.
— Мы проверим ножку — ап! Мы проверим ручку — ап!
Мальчик рассмеялся.
— Ну а где же наш животик? Вот он! Тут не болит. Тут тоже не болит. Зато ой как щекотно!
Теперь уже смеялись и родители.
Сошлись на том, что компьютерную томографию пока делать не будут, а просто понаблюдают за состоянием ребенка.
Когда она уже выходила в коридор, в динамиках прозвучало:
— Доктор Стил, пройдите в пятнадцатую палату!
Она бросилась бегом. Джордж уже делал искусственное дыхание. Дочь с воем кинулась на Эмму:
— Это вы! Вы ее убили!
Обогнув ее, Эмма прорвалась к старушке. Проверила пульс. Его не было.
Джордж, делавший искусственное дыхание, отрывисто принялся отвечать на вопросы заведующей:
— Ничего не знаю. Пошел в шестую палату. Дал лекарства. Потом отлучился на перерыв. Когда вернулся, она уже была вот такая.
— Вы ее убили, сукины дети! Она умерла!
— Я подам на вас в суд! Вас всех поувольняют! К чертовой матери! Будете у меня гнить в тюрьме! Твари! Убийцы!
Пришлось вызвать охрану, и дочь вывели.
Адреналин, искусственное дыхание, интубация — они перепробовали всё.
Тщетно. Пациентку вернуть к жизни не удалось.
Эмме очень хотелось взять паузу и хорошенько подумать. Разобраться в случившемся. Скончалась еще одна пациентка весьма преклонного возраста. Пятый случай. Почему она умерла? Что стало причиной смерти? Пока на эти вопросы ответов не было. Одно можно сказать точно: она, Эмма, попала в переплет. Пятая по счету внезапная смерть. Ну а дочь покойной вряд ли станет кидать слова на ветер, так что теперь с должностью заведующей точно можно попрощаться.
К счастью, у Эммы не было времени себя жалеть. Пока ей не указали на дверь, надо выполнять свои обязанности. Она открыла базу и посмотрела, есть ли новые пациенты.
Четырнадцатая палата. Мужчина тридцати восьми лет. Спутанное сознание.
По дороге она перебирала в голове возможные диагнозы.
Однако анализы не понадобились. Диагноз она поставила прямо с порога, как только увидела пациента. Хоть фотографируй и в учебники помещай. Типичный случай цирроза печени. Желтый раздутый живот, «голова медузы»[7].
Эмма улыбнулась и представилась. Они с мужчиной обменялись рукопожатиями.
— Итак, на что жалуетесь?
— У меня что-то не в порядке с головой. Наверное, аммиак подскочил.
Эмма рассмеялась:
— Вот было бы здорово, если бы все мои пациенты со спутанным сознанием могли объяснить, что с ними не так. Сколько времени удалось бы сэкономить! А денег!
— Просто я здесь уже не в первый раз. Меня в этой больнице уже обследовали вдоль и поперек. Превратили меня в подушечку для булавок. Хотели даже сделать спинномозговую пункцию. Я уже был готов подписать отказ от дальнейшей госпитализации.
— В вашем состоянии вы не имеете права выписываться.
— Знаю.
— Когда в последний раз употребляли алкоголь?
— Уже полгода не пью. С тех пор как узнал, что у меня цирроз, ни капли во рту не было.
— Это вы молодец. Чем вызваны жалобы на спутанное сознание?
— Не чем, а кем, — поправил мужчина, кивнув на полную пожилую женщину, вошедшую в палату. — Доктор Стил, позвольте представить вам мою тетушку. Это она утверждает, что я теряю рассудок.
— Здравствуйте. Доктор Вера Толпегина, — представилась дама.
