Сказала вполне дружелюбно, но от чего-то мисс Карлейн побледнела. Эх, неужели Тейн выбрал кисейную барышню? Право, не хотелось бы иметь такую в невестках. Ее заклюют при первом же выходе в свет. Но, быть может, случай не безнадежен? Оставим ей маленький шанс проявить себя.
Леди Сейвудж расправила дорожное платье, ударила по большому страусиному перу на шляпке, норовившему пощекотать джентльмена, сопровождающего Гейдж, и еще раз придирчиво осмотрела девушку.
– Вы… – мисс Карлейн присела в реверансе.
Несколько поспешно, но грациозно.
– Полноте, – остановила леди Сейвудж, – мы почти близкие родственники.
Графиня бросила взгляд на престарелого джентльмена, стоящего рядом с мисс Карлейн и, проигнорировав его заискивающее приветствие, направилась к дому.
– Безумно устала, – сказала она на ходу, ни к кому конкретно не обращаясь.
Мисс Карлейн и престарелый джентльмен поспешила за ней, как и ожидала графиня. Обернувшись, чтобы дать распоряжение слугам, она заметила, как старичок что-то шепчет мисс Карлейн и по-хозяйски сжимает ее руку в своей. Вот уж не стоит хлыщу распускать свои щупальца, пока она ничего не прояснила.
– Милейший! – окликнула его графиня. – Без вашей помощи просто не обойтись.
Она развела руками, остановившись у крутых ступенек особняка. Расчет оказался верным. Старец, кем бы он ни был, поспешил подать руку. Не простолюдин – очевидно, потому не зазорно войти с ним в дом. Запах изо рта оставлял желать лучшего, впрочем, если бы он меньше болтал, вполне себе скрытый недостаток.
– Благодарю вас, – остановила его графиня на полуслове и спешно зашла в дом.
Дворецкий в ДримКарлейн был похож на тысячу и одного дворецкого, коих ей приходилось видеть. Без малейших эмоций на лице, но, в отличие от своих близнецов, с веселыми искорками в глазах. Уже одно это приятно характеризовало его хозяев. Быть может, они не так плохи, как ходят слухи?
Уил имел склонность к преувеличению – черта, которую графиня сама в нем культивировала. Но даже если супруги Карлейн – приятные во всех отношениях люди, первоначальный план отбрасывать рано.
– Не откажусь от горячего чая и крекеров, – сказала графиня будто сама себе. – Если меня, конечно, пригласят остановиться в доме.
Мисс Карлейн переглянулась с дворецким, тот едва заметно кивнул – бесспорно, чай и крекеры уже подготавливались на кухне.
– Большая честь для нас, – вежливо ответила мисс Карлейн, но в глазах читалось сомнение.
В ту же секунду на встречу выпорхнула худощавая женщина в нелепых розовых кружевах вместо платья.
– Большая честь для нас! – воскликнула она.
Неужели говорящие кружева – это ее будущая свояченица? Минус. Определенно. Несомненно. Бесспорно.
– Леди Сейвудж, – обратилась к графине Гейдж, – позвольте вам представить мою мать, леди Карлейн.
Графиня приветливо улыбнулась.
– Леди Сейвудж, – продолжали свою речь кружева, словно улыбка графини уже была приветствием. – Рада знакомству. Вы даже представить не можете, насколько мы все рады.
– Естественно, не могу, – сказала графиня, скрыв удивление и легкое разочарование. – Я столько часов провела в дороге, что мои фантазии только о горячем чае с крекерами и комнате с окнами на восток.
Должны же у графини быть свои маленькие прихоти. Она любила наблюдать за восходом солнца и подъездной аллеей к дому, и не волновало, даже если все окна в доме выходили на север. Хозяева поместья, приглашая ее, должны были учесть этот нюанс.
Леди Карлейн открыла рот, собираясь что-то сказать, но закрыла, не издав ни звука. Так-то лучше. Каждому свое место и негоже виконтессе мнить себя ровней графине. Тем паче, графине Сейвудж. Но маленький пряник в виде улыбки подарила.
– Ах, – ожила леди Карлейн, – конечно! Только на восход, только.
– Замечательно, – улыбка тут же покинула лицо графини. – Полагаю, пора приступить к чаепитию?
– Леди Сейвудж, – угодливо запричитала леди Карлейн, – пожалуйте в гостиную.
– Вы так любезны, – отнюдь не любезным тоном сказала графиня и прошла за виконтессой.
Гейдж с благоговением следила за каждым движением леди Сейвудж. Жесты, походка – безупречны, манеры… высокомерны, быть может, излишне высокомерны даже для графини, и все же… Леди Сейвудж искрилась силой, властью и, что вызывало нотки зависти, уверенностью в себе.
Удивительно, как графиня догадалась, что с леди Карлейн необходимо общаться именно так? Восхитительная интуиция или…
Гейдж задрожала.
Или так ей посоветовал Тейн? Леди Сейвудж приехала по просьбе своего сына? Быть может, он просил провести переговоры и свадьба все еще… может состояться?
Гейдж искусала губы в волнении. Нет, – подумала, посмотрев на присевшего рядом барона, – не стоит питать иллюзий. Она встретилась взглядом с леди Сейвудж. Изучающим? Вопрошающим? Не надменным и не уничижительным, что грело сильнее апрельского солнышка, и заставляло мечты парить бабочками.
– Вы соскучились по моему сыну? – спросила графиня.
И бабочка, дрогнув, свернула крылья. Соскучилась ли она по Тейну? Гейдж опустила глаза до того, как они ее выдали. Был ли день, когда она не думала о нем? Была ли такая минута?
