Минутку, пожалуйста (ЛП) полностью

Тянусь к нему губами, молча умоляя снова меня поцеловать. Он наклоняется ко мне, едва касаясь моих губ, и я задерживаю дыхание и жду контакта.

— Я очень даже кусаюсь, милая, — говорит он, и внезапно на мою задницу в стрингах обрушивается шлепок. Звук пугает, и у меня отвисает челюсть.

— Ты… ты только что шлепнул меня? — Я стараюсь не обращать внимания на то, что ягодица — не единственное место, где покалывает.

Он опускает свои губы к моим, у меня перехватывает дыхание, когда он, яростно целуя, хватает за то место, по которому ударил, и сильно сжимает. Я упираюсь руками в его скульптурную грудь, мое тело борется одновременно с болью и возбуждением. Когда я, наконец, отстраняюсь, то хриплым голосом говорю:

— Сделай это еще раз.

— Что ты сказала? — спрашивает Джош, с любопытством поднимая брови.

Я прищуриваюсь, пытаясь понять, откуда это взялось.

— Сделай это… еще раз. — Я сглатываю комок в горле.

Святое дерьмо, может, мне, правда, нравится порка.

Джош мгновение мешкает, явно удивленный моими словами. Честно говоря, сама удивлена. Сначала я сделала ему предложение на улице, а теперь прошу о том, чтобы он…

…отшлепал меня? Кто я такая?

Джош сжимает мой зад большими теплыми ладонями.

— Скажи, что ты хочешь, чтобы я сделал. Я хочу это услышать.

Я прочищаю горло и, вздернув подбородок, медленно отвечаю:

— Я хочу, чтобы ты отшлепал меня.

В его груди грохочет низкий стон, он прижимается лбом к моему лбу, а затем наклоняется, чтобы поцеловать меня в челюсть, шею и плечо. Мгновение он его покусывает, прежде чем пробормотать:

— Черт, ты меня убиваешь.

Не говоря больше ни слова, он разворачивает меня и толкает вниз, так что я склоняюсь над кроватью, упираясь руками в матрас. Схватив меня за бедра, он притягивает их к своему паху, прижимаясь эрекцией к моему входу, пока его руки скользят вверх по моей спине, чтобы расстегнуть лифчик.

Воздух касается сосков, и я задерживаю дыхание, когда большими ладонями Джош скользит по моим ребрам и груди, большими пальцами двигает взад и вперед по затвердевшим бутонам. Он подтягивает меня к себе, прижимая спиной к своей груди, мнет мои полушария и щиплет соски. Мое тело вздымается от желания.

Коснувшись губами моей шеи, он шепчет:

— Полагаю, твое заявление сегодня утром о пластике груди сделано не из личного опыта?

У меня отвисает челюсть.

— Что, черт возьми, это должно означать?

Я поворачиваюсь, чтобы оттолкнуть его, но он крепче сжимает меня и шепчет на ухо:

— Что она тебе не нужна, милая.

Он кусает меня за мочку и в мгновение ока снова толкает вниз. Жадно скользит руками по моей заднице, мнет и ласкает плоть, будто подготавливает ее.

— Говоришь, тебе нравится, когда я тебя шлепаю? — спрашивает он, целуя меня в спину.

Воспоминание о его шлепке резонирует по всему телу, и между ног становится влажно.

— Думаю, да, — бесстыдно хриплю я.

Я практически слышу его улыбку, пока он продолжает гладить мои ягодицы.

— Я хочу убедиться, что тебе нравится.

Он отодвигается от меня, и я резко втягиваю воздух, когда тот отводит стринги в сторону.

Джош нежно скользит пальцами по моей щелке, заставляя подпрыгнуть, и глубоким голосом произносит:

— Я едва тебя коснулся, а ты уже чертовски промокла для меня. — Он кружит по клитору, посылая электрические волны по всему телу. — Скажи, чего ты хочешь, Линси.

Закусив губу, я оглядываюсь через плечо. Он стоит в одних брюках, эрекция сильно натягивает ткань. Потемневшие от желания глаза ожидают моего ответа.

Взяв себя в руки, делаю глубокий вдох и твердо заявляю:

— Я хочу, чтобы ты отшлепал меня, Джош.

Он улыбается, и без предупреждения его рука опускается на мою ягодицу с удивительно сильным шлепком. Более мощным и менее игривым, чем предыдущий, и…

Черт возьми, я сейчас умру.

Уткнувшись лбом в серое одеяло, цепляюсь за ткань так, будто от одного-единственного удара испытаю оргазм. Я со стоном вжимаюсь в матрас, крепко закрываю глаза, а затем подаюсь к Джошу, желая погреться в его тепле, его напоре, его прикосновениях. Хочу, чтобы этот мужчина окутал меня. Я так близко.

Он сдвигает мои трусики в сторону и погружает палец глубоко внутрь, и я издаю хриплый крик.

— Мокрая и такая тугая, — рычит он, прижимаясь губами к моей пылающей от удара ягодицы. Языком скользит по нежной плоти, когда он бормочет: — Чертовски идеальная.

Снова подаюсь к нему, пока его пальцы входят и выходят из меня, и я так безумно близка к оргазму.

Кто-нибудь доводил меня когда-нибудь до такого возбуждения так быстро?

Нет. Черт. Возьми.

Даже с вибратором у меня уходит больше времени.

— Хочешь еще? — спрашивает он со знанием дела, кружа вокруг клитора и заставляя меня вскрикнуть.

— Да, — тут же стону я. — Боже, да. Я хочу, чтобы ты шлепал меня снова и снова.

Тепло его тела исчезает, он стягивает с меня трусики, постукивая по лодыжкам, чтобы я вышла из них.

— Еще пять раз, а потом я должен быть внутри тебя.

Порочное обещание, стоящее за его словами, звучит почти лучше, чем очередная порка.

Почти.