Как только подтянулись бронемашины с пехотой, Солидус отдал приказ на штурм. Колонна техники и людей вошла в тоннель. Павел с любопытством оглядывался по сторонам. Он с Ледатром пытался пройти другим путём, но тот проход гораздо уже и давно взорван. Этот больше похож на станцию метро, только очень длинную и широкую. Машины идут по три в ряд и ещё остаётся место. Воздух быстро наполняется выхлопными газами, приходится надеть изолирующие противогазы. Солдаты в уродливых масках сами похожи на монстров, с которыми предстоит сражаться. Круглые коробки фильтров выглядят, словно гигантские бородавки. Широкий тоннель разделяется на три части. Колонна техники тоже разделяется. Войско Солидуса углубляется в гору. Когда Павел впервые узнал о таком плане действий, он засомневался - так ли уж необходимо вводить танки под землю? Тоннель легко взорвать у входа и тогда он превращается в смертельную ловушку. Да и вообще, какой смысл танковой атаки под землёй? Солидус в ответ загадочно покачал головой.
- Вы даже не предполагаете, с какими сюрпризами мы встретимся там, - произнёс он. - В прошлый раз вам с Троицким повезло, что вы встретились только с морами и бедными туземцами. Сейчас Машка выпустит на волю всех своих чудищ, а среди них есть такие, что без танков никак не обойтись.
В тоннеле гаснет свет. Автоматически включаются приборы ночного зрения. Впереди слышится непонятный гул и странный, режущий уши, звук. Очень похоже, как если бы кто-то вёл куском острого железа по стеклу. Становится тревожно на душе, учащается дыхание, бросает в пот. Павел чувствует, как слабеет тело, откуда-то со дна сознания поднимается чёрная паника и ужас.
- Все под броню! - командует Солидус.
Едва тяжёлая крышка люка захлопывается, становится легче. Толстая многослойная броня танка отсекает внешние шумы. В просторном салоне светло, чисто. Американская техника, при всех недостатках, всегда отличалась размерами. Даже танки, боевые машины, где всё подчинено требованиям боя, американцы умудрились сделать просторными, как автобусы. Это почти дом на гусеницах. Машина рассчитана на экипаж из четырёх человек, но помещаются внутри всё десять и ещё место остаётся.
- Я ничего не вижу, командир! - послышалось восклицание водителя. Павел взглянул на приборную панель. Вся аппаратура наблюдения показывает ноль. В триплексах серая муть, будто за бортом море манной каши. Танкист максимально сбросил обороты, машина движется на первой передаче.
- Связь ... чёрт! - бормочет Солидус.
Бросает несколько слов в микрофон, Павел успевает расслышать только последнюю фразу - спокойнее, продолжать движение!
- Включить противоатомную защиту! - командует Солидус.
Павел удивлённо поднимает брови. Противоатомная защита, сокращённо ПАЗ всего лишь нагнетатель воздуха для избыточного давления в машине. Это не даёт проникать внутрь ничему постороннему извне. Например - радиоактивной пыли, отравляющим веществам или воде. Последнее обстоятельство очень облегчает форсирование водных преград или нахождение в засаде на дне водоёма. Только воздух надо брать не из внешних источников, а из своих собственных. Лязгнули заслонки в двигательном отсеке, взвыл электромотор, в салоне повеяло прохладой, барабанные перепонки заломило, как при погружении на глубину. Павел поморщился, вопросительно посмотрел на Солидуса.
- То, что за бортом, очень опасно, - пояснил он. - Придётся потерпеть.
- Долго?
- Не очень. У этой гадости короткая жизнь.
- Так это биомасса, с которой мы встретились прошлый раз? - воскликнул Павел.
- Не совсем. Та была более агрессивной и вроде как мыслящей. Эта искусственная, она целенаправленно уничтожает органические соединения. Незаменимое средство для санитарной обработке помещений, - пошутил Солидус.
Павел повернулся к Ледатру.
- Получается, нам действительно повезло прошлый раз, товарищ Римский, а?
- Вы считаете, что я втянул вас в авантюру, когда повёл в гору? - ответил вопросом на вопрос Ледатр.
- В какой-то степени, да.
- Неблагодарный свин! Вы вообще собирались пробраться туда в одиночку. Авантюрист - вы и те, кто вас послал!
- Ну... - Павел почесал в затылке. - В какой-то степени ... а, чёрт! Вы правы.
Танк продолжал двигаться вслепую. У гусеничной машины есть одно преимущество перед колёсной - чтобы двигаться по прямой, надо уравнять тягу на гусеницы. Традиционного руля здесь нет. Есть неподвижный штурвал, по краям рукоятки, как на мотоцикле. Это регуляторы тяги, правый и левый. Механик-водитель установил их строго одинаково, теперь танк полз вперёд, не отклоняясь ни вправо, ни влево, как на верёвочке. Однако тоннель вовсе не обязательно идёт прямо. Это поняли, когда правый борт танки задел стену. Корпус машины содрогнулся, раздался скрежет, на броню посыпались камни. Механик выправил машину, вопросительно посмотрел на Солидуса.
- Езжай, езжай, останавливаться нельзя, - сказал он.
Осмотрелся в салоне, взгляд остановился на приборной панели.
- Система дымопуска работает? - неожиданно спросил Солидус.
- Конечно, всё оборудование исправно, - немного обиженно ответил танкист.
- Включай.
