Май охотно подсел к столу. Глаза местного человека горели жадным интересом ко всему происходящему. Борис ещё раз внимательно оглядел демона. Любопытство заворожило его до такой степени, что даже амазонка временно оказалась забыта. Олли и Эса вышли наружу под слегка задымлённые звёзды, а парень этого не заметил. Май видел, что Бориса сжигает желание расспросить о сути, уточнить детали, понять технологию существования демона и его машин. Хорошее воспитание удержало от расспросов, но с великим трудом. Май развернул на столе компьютер, и восторги на время целиком достались этому полезному устройству.
С каждой минутой человек запретной реальности нравился Маю всё больше. Чужие идеи он ловил на лету, его собственные оказались ничуть не хуже, а то и лучше, пользоваться продвинутым марговым компьютером он научился за считанные минуты и охотно взялся за работу, когда Май предложил ему не стесняться. Демон слабо разбирался в технологиях производства упаковочных материалов, точнее говоря, ничего о них не знал. База помогла бы вникнуть, но местный инженер делал это гораздо лучше.
Когда коллеги подняли склонённые головы, в хижине было тихо и пусто. Оливин, Эса и Селен ушли в машину, кошка, свернувшись клубочком, спала на печке. На углу плиты ждала заботливо оставленная кем-то из странников тёплая еда. Борис набросился на неё, продолжая одним глазом отслеживать работу компьютера. Май вышел под звёзды. Они сияли наверху, озаряя этот грешный мир, и казались отсюда чистыми и прекрасными. Люди смотрят на них сквозь космос, и они хороши, но случись оказаться рядом, в глаза полезут пятна и рваные протуберанцы корон. Наверное, и в человеческих отношениях так же. Недостатки заметны, под придирчивым взглядом блекнет красота и, лишь отстранясь, понимаешь, как великолепна всепобеждающая суть. Устроить бы так, чтобы на дорогого тебе человека всегда смотреть как с линии горизонта.
Май вдруг понял, что пытается заново осилить давно и надёжно решённую задачу, когда есть готовый инструмент, позволяющий это сделать: любовь. Надо лишь сконструировать её в душе, и ему ли, инженеру, бояться знакомой работы?
Утром всё решилось очень быстро. Команда разработала план и с энтузиазмом взялась за его выполнение. Глаза Бориса светились: затворничество на болоте закончилось, усталая безнадёжность развеялась под напором идей и людей из чужого мира. Свет надежды, озарив лицо человека, сделал его почти красивым.
Для выполнения задачи следовало проникнуть на завод, и Мая перспектива устрашила, но Оливин снисходительно улыбнулся.
— Из Стражи меня всё равно выгонят, и я ни минуты об этом не жалею, но пока я официально ещё на работе и воспользуюсь шансом, что даёт статус и знание кое-каких секретов. Я достану пропуск на завод, на несколько заводов и деньги раздобуду. Нам полезно обзавестись местным платьем, чтобы выглядеть понятнее и безобиднее.
— Я не надену эти жуткие тряпки: они меня изуродуют! — тут же заявила Эса.
Май поглядел на неё с любопытством, Оливин спокойно кивнул.
— Попробуем подобрать что-то, а не получится, так воспользуешься запасами из реальности экологов, которых после виденного здесь уже не тянет называть чокнутыми. Помнится, ты накупила там немало интересных вещиц.
Эса слегка покраснела и промолчала.
Всё тот же город сегодня выглядел тихим и гостеприимным. Мусор продолжал «украшать» всё вокруг, но странники по мирам научились воспринимать его как мерзкую подробность быта. В окопах холод и грязь, но приходится терпеть: война. Лишь Борис взглядом полным ненависти провожал иногда особо живописную свалку.
Кошку пришлось оставить в хижине. Эса и Борис порывались взять её с собой, но Май пресёк попытки. Впереди опасное и долгое предприятие, которое закончится неизвестно чем и когда, а животному нужна воля, да и шансы выжить в бывшем лесу выше, чем в городе. Борис уже объяснил новым друзьям, что «содержание домашних животных» властями «не поощряется». Кошке оставили много еды и обещание вернуться.
Первым делом Оливин отыскал неприметную контору в центре города. Визит завершился благополучно: небожитель вернулся с хорошим настроением и пачкой местных денег — здесь ходили наличные. В магазине все, кроме Эсы управились быстро. Амазонка с ужасом рассматривала платья, иногда трогала ткань пальцами и тут же отдёргивала руку. За дело взялся Оливин. Должно быть, Стражей тренируют принимать неприятное как должное. Уверенный взгляд скользнул по длинным рядам ослепительно яркого конфекциона. Оливин выдернул несколько плечиков с нарядами и, не слушая возражений, отправил Эсу в примерочную кабинку.
