– Что-то не похоже, – возражает Джеймс. – Больше похоже на то, что у нашего непробиваемого Десмонда появилось слабое место в виде одной маленькой очаровательной крошки.
Я задираю голову и вновь гляжу на Десмонда. Его ноздри раздуваются, брови сведены в одну линию.
– Ты ошибаешься. Она мне никто, – выдает он.
Лучше бы Десмонд ударил меня, чем сказал это вслух.
Я прижимаю ладонь к ключицам и обхватываю пальцами мамин кулон. Мне кажется, в груди зарождается такой уровень боли, словно сердце проткнули ножом со всех возможных сторон.
– Ладно, раз мы выяснили, что между вами ничего нет, – ухмыляется Джеймс и встает рядом со мной. – Давай уединимся с тобой после того, как я приду к финишу первым?
Моя боль сменяется резко накатившим гневом. Джеймс гребаный ублюдок. Кем он себя возомнил? Он считает, что может говорить мне грязные слова, после которых я должна прыгнуть на его член? Может быть, Джеймс привык, что фанатки бегают за ним и ждут, когда он поманит их пальцем. Вот только я не из их числа. И я не собираюсь использовать Джеймса, чтобы позлить Десмонда. Открываю рот, чтобы заявить, что Джеймс катился к чертям, но меня опережает Десмонд.
– Этого не будет, – гаркает он.
– Чего именно не будет? – резко спрашиваю я. – Не будет того, что я уединюсь с Джеймсом? Или не будет того, что ты не позволишь ему выиграть гонку?
Десмонд пристально на меня смотрит, и сквозь маску пренебрежения на его лице мелькает выражение боли. Но это не удерживает его от того, чтобы заявить мне в своем надменном тоне:
– Не будь дурой, Кристиана. Джеймс просто использует тебя, чтобы вывести меня перед гонкой. Ты должна уйти прямо сейчас.
Господи, что не так с Десмондом? Он серьезно решил, что меня привлекает перспектива переспать с Уильямсоном? Какой же он идиот!
– Ага, хорошо, а теперь напомни мне, почему я должна послушать тебя? – ехидно произношу я. – Я для тебя никто. И ты не имеешь право указывать, что мне дела… – продолжаю я, но Десмонд, как обычно, грубо перебивает меня.
– Ты не слышишь меня, и это чертовски бесит, – рычит он. – Просто, блять, уходи отсюда.
– Да пошел ты! – вспыхиваю я.
– Старик, тебя послали, – усмехается Джеймс и подмигивает мне. – Увидимся после гонки, крошка. Я покажу тебе, что я лучше Десмонда.
Мои ладони начинают чесаться, чтобы ударить Джеймса по губам. Несмотря на то, сколько боли мне причинил Десмонд за сегодняшний день, меньше всего я хочу, чтобы он приходил в ярость перед заездом. Надеюсь, у Десмонда хватит ума не вестись на тупые провокации его соперника.
Я скрещиваю руки и впиваюсь злющим взглядом в Джеймса.
– Знаешь, ты идешь к победе грязными путями. Ты пытаешься вывести из себя Десмонда и накаляешь обстановку. Но тебе никогда не стать таким, как он. Даже если ты возьмешь его тачку, ты все равно не выиграешь ни один заезд. Тебе никогда не стать лучше Десмонда.
Я произношу все на одном выдохе и испуганно замолкаю. Черт, черт, черт. Мне определенно не стоило этого говорить.
Но я сейчас в таком состоянии, что слова вылетают из моего рта быстрее, чем я успеваю их остановить. Мне нужно срочно уйти отсюда, пока я не сболтнула ничего лишнего. Я разворачиваюсь и ухожу, заставляя себя ни разу не обернуться.
***
Я хожу взад-вперед между дальними рядами трибун, и моя челюсть болит от того, как сильно я ее сжимаю. Мне потребовалось примерно полчаса, чтобы успокоиться и не уехать из «Саффолк-Даунс» к чертовой матери. Хотя вряд ли то, что я сейчас испытываю, можно назвать спокойствием.
Мое горло сводит мучительным спазмом. Мне горько, что у нас все так вышло с Десмондом. Еще вчера мы признались друг другу в любви, а сегодня…
Кто мы друг другу?
Нет сомнений, что каждый из нас натворил столько глупостей, что при всем желании, нам будет невозможно выбраться из ямы, которую мы собственноручно сами для себя раскопали. Десмонд спал с другой. И я никогда не смогу простить ему этого.
Но по непонятной причине я все еще здесь. Я стою на трибунах и влажными от застывших слез глазами наблюдаю, как по дороге мчатся машины. Одна из них неудачно вписывается в поворот, ее задние колеса уходят в занос, отчего автомобиль несется через трассу. Но, к счастью, гонщику удается остановиться и избежать столкновения.
Толпа взволнованно кричит, и ее дикая энергетика передается мне и усиливает мое напряжение. Я испытываю жесточайший стресс. Следующий заезд будет с участием Десмонда.
Как бы я на него не злилась, но неконтролируемая дрожь все равно пронизывает мое тело. Я ужасно переживаю за Десмонда. Меньше, чем за два месяца он успел стать для меня важным человеком. И с каждой пройденной секундой мои страхи за него возрастают.
