Все соглашаются молча. Обходим ледяную статую стороной, стараясь не задеть. Я чувствую смутное беспокойство, ведь элементаль или кто там заморозил рыцаря, возможно, всё ещё где-то рядом. Но место пусто, кроме льда, никакого движения.
Наконец, впереди проблеснул яркий свет, мы выходим из теснин каньона на относительно открытую площадку. Это и есть вход в пещеры.
Зрелище заставляет меня остановиться, как и всех, кто выходит следом. Перед нами возвышается тёмная арка, высеченная прямо в теле горы. Огромная, высотой метров десять, арка уходит во мрак. По краям её стоят обломанные колонны, покрытые какими-то письменами и барельефами. Древние изображения, стершиеся лица, то ли людей, то ли богов, сцены охоты или битв. Всё это запорошено снегом, на выступах колонн, наросты льда.
Храм неизвестного бога. Вот мы и у цели. Я ощущаю сухость во рту и невольно сглатываю. Где-то глубоко внутри шевельнулась дрожь, то ли страх, то ли возбуждение. Приключение зовёт, чертовски опасное, но и манящее.
Осторожно подходим ближе. На земле вокруг входа разбросаны какие-то обломки, куски статуй или рухнувшие плиты. Вижу валяющийся полуистлевший щит, с эмблемой ордена. Тут же, ржавый меч, наполовину ушедший в снежный наст. Следы прошлых сражений. Сердце щемит при мысли, сколько хороших воинов полегло, так и не вернувшись.
– Лагерь ставим здесь, – решаю я, отворачиваясь от притягательной темноты арки. Уже начинает смеркаться, день близится к вечеру, хотя солнце ещё не село, но у гор сумерки наступают рано. – В пещеры сегодня не сунемся, отдохнём ночь, завтра с утра пойдём внутрь.
Рикс явно разделяет моё мнение, торопиться глупо, люди устали да и морально надо подготовиться.
Бойцы облегчённо вздохнули, не все готовы сразу лезть в пасть неизвестности. Лучше уж при свете факелов и со свежими силами, утром.
– Расположимся за вон теми валунами, – указываю на группу больших камней слева от входа, где относительно ровно и укрыто от ветра. – Поставим стенку земли на периметр.
Платон-землемаг рад стараться, с готовностью принимается творить заклинание баррикады. Ему помогают двое, другой землемаг и один водник, превративший снег вдоль линии лагеря в воду, чтобы легче было поднять грунт. Слаженно работают ребята, молодцы.
Вскоре, у нас имеется импровизированный земляной вал, по дуге, вокруг выбранной площадки. С тыла прикрывает отвесная стена ущелья. У самой стенки мы и ставим палатки, кто-то натягивает брезентовые пологи, чтобы укрыться от возможных сосулек сверху, мало ли.
Разводим экономно один костер, в углублении меж камней, чтобы свет далеко не уходил. Ночь обещает быть темной, тучи собираются, звёзд не видно. Хорошо бы без бурана.
Я сижу у огня, грею руки. Потихоньку подходит народ с пайками, начинают ужинать. Дежурные назначены, Рикс лично встал на первый пост вместе с двумя бойцами, обойдут лагерь, проверят, потом сменятся. Я предложил свою кандидатуру, на один из ночных дозоров, командир хоть и маг, а всё же тоже бдеть должен, но Рикс настоял, чтобы я отдыхал. “Ты нам завтра бодрый нужен, командир”, – сказал он с дружеской усмешкой. Не стал спорить, но спать что-то не тянет пока.
В голове роятся мысли, завтра мы войдём туда, в древний храм, где нас ждёт неизвестный бог или его наследие, озверевшие элементали и кто знает, что ещё. У меня личный интерес там, надо же найти плиту для храма Богини Судьбы, про который я как-то даже подзабыл в суматохе. Но теперь, глядя на эти руины, вспоминаю, задание ведь никуда не делось. Отправляйтесь в глубины пещер и найдите плиту из древнего святилища. Вот оно, святилище, прямо перед носом. Может, та плита где-то внутри, а может, и снаружи валяется.
Я оглядываю близлежащие плиты. Одну, украшенную какими-то письменами, бойцы уже подтащили ближе, приспособили как скамью у костра. Хм, вполне возможно, что такая плита и нужна. Но забирать сейчас? Она же тяжелющая. Понятно, что это всё ерунда, которая лезет в голову.
Ладно, сперва пережить всё, а потом уже думать, как плиту тащить и какую.
– О чём задумался? – раздаётся голос Искры. Она садится рядом, протягивая к огню изящные пальцы, ногти у неё, замечаю, обломаны и в саже, ну да, огненные шары метать, откуда тут маникюр сохранится.
– Да так, думаю, с чего начнём утром, – отвечаю неопределённо.
– С завтрака, надеюсь, – хихикает она тихо. – А то на сухпайках далеко не уедем.
Я усмехаюсь. Аппетит у неё, даже в такой момент, на первом месте.
– Обязательно, – подыгрываю, – утро начнём с королевского пиршества. Меню: каша овсяная с сушёным мясом, чай травяной с кусочком сахара…
– Сахара? – округляет глаза Искра. – У нас есть сахар?
– В подсумке у Лила был вроде кусочек, приберегал для экстренных случаев, – смеюсь я.
– Это точно экстренный случай, – кивает она серьёзно. – Без сладкого, в пещеру, ну никак нельзя.
