Судебная контрреформа в первую очередь коснулась тех норм судебных уставов 20 ноября 1864 года, которые устанавливали порядок расследования и рассмотрения государственных преступлений. Усиление ограничительных норм по вероисповедному и национальному признаку наблюдалось в конце 80-90-х n'.XIX века, что было связано с отходом от курса либеральных преобразований, а также с тем, что главным ориентиром в имперской политике этого времени стал идеал «единой России» во главе с русским народом. В 1893 году с разрешения царя значительная часть уголовных дел, связанных с горским населением, была изъята из общегражданских судебных уставов и передавалась на рассмотрение военным судам. В этом же году на Терскую область были распространены правила об административной высылке в Восточную Сибирь лиц из числа горского населения, обвиняемых или подозреваемых в краже лошадей и скота, а также другого имущества.
Через военно-народное управление сельские словесные суды были включены в единую судебно-административную систему Российской империи. Адат из системы местного права превратился в составную часть государственного биюридического уголовного законодательства. Горские суды Терской области составляли первую судебную инстанцию и являлись по своему строю установлениями судебно-административными. В Терской области не имелось второй судебной инстанции; жалобы на решения горских судов приносились начальнику области. Для окончательного решения, дела направлялись через Штаб Кавказского военного округа к наместнику на Кавказе. Адатное и мусульманское право народов Северного Кавказа занимало определенное место в правовой системе православного государства, они были формально институционизированы и стали частью государственного законодательства. Государственная власть признала и считалась с действиями на Кавказе мусульманского права, однако связывала его компетенцию с отношениями мусульман только в сфере семьи, брака, наследства и религиозных дел.
Важнейшие демократические институты, явившиеся результатом модернизации общественной системы России, предпринятой в годы правления Александра II: представительные органы местного самоуправления, суд присяжных, избираемость мировых судей, независимость судебных органов от исполнительной власти – не были распространены на территорию Терской и Кубанской областей. Однако российские власти на путях реформаторства на Северном Кавказе смогли добиться и явных успехов, к числу которых можно отнести:1.Недопущение лишения части населения (русского) тех благ, которые давали новые административно-судебные учреждения, возникавшие благодаря буржуазным реформам, в остальных частях империи. 2.Предоставление казачьему населению большей личной и экономической свободы. Этим обстоятельством не замедлили воспользоваться наиболее предприимчивые представители этой группы населения. В результате в выигрыше оказалась и часть казачества, сумевшая повысить уровень своего благосостояния, и государственная казна, расходы которой на содержание казачьих войск сократились. З.Объединение в административном порядке различных этнических групп, что облегчало процесс сближения народов, благоприятствовало постепенной адаптации горцев к непривычным для них условиям отсутствия неограниченной свободы. 4.Допущение в судебном и административном управлении горского населения, хотя и в незначительном количестве488. Между тем, сохранялось незыблемой «военно-народная» система, как единственно надежная, по мнению властей и гарантировавшая прочность русской власти в регионе. Весьма «скромные» результаты реформ в плане устранения отличий от административных и судебных стандартов империи были неизбежны в силу объективных и субъективных причин, многие из которых можно было избежать, тем самым значительно улучшив жизнь населения.
1 Цуциев А.А. Атлас этнополитической истории Кавказа (1774–2004). -М.,2006. – С. 18–19.
2 Гамзаева А.Б. Деятельность депутатов от Северного Кавказа в I и IV Государственных Думах по решению аграрного вопроса (1906–1917 гг.). Автореф. дис. .. канд. ист. наук. – Махачкада,2002. – С.3.
3 Стрельбицкий И.А. Земельные приобретения России в царствование Александра II с 1855 по 1881 г. – СПб.,1881. – С.6.
4 Васильчиков А. Землевладение и земледелие в России и других Европейских государствах. Т.2. – СПб.,1876. – С.860.
5 ОРФ СОИГСИ. Ф.2. Оп.1. Д.16. Л.1.
6 Bobrovnikov W. Jslam in the Russian Empire // The Cambridge history of Russia. Volume II. Jmperial Russia, 1689–1917. – Cambridge,2006. – S.321.
7 ОРФ СОИГСИ. Ф.33. Оп.1. Д.1. Л.33.
8 Магометов А.А., Дзидзоев В.Д. Устройство поземельного быта горцев Северного Кавказа и их взаимоотношения с казачеством (втор. пол. XIX – нач. XX вв.). //Вестник Северо-Осетинского университета им. К.Хетагурова. – № 1. – Владикавказ,1999. – С.9.
9 Эйхельман О. Военное занятие неприятельской территории. – Ярославль,1879. – С.65.
10 Там же. – С.51.
11 Эйхельман О. Военное занятие неприятельской территории. – Ярославль,1879. – С.50.
12 Там же. – С.37.
