Из моих глаз невольно выкатилась слезинка. Ну почему я причиняю ему боль? Не лучше ли мне было остаться в Авентарионе или вернуться со своими родителями в Аршеранн? Все что угодно, лишь бы не слышать муку в его голосе. Он молчал, ожидая моего ответа, и я решилась. Возможно, если я ему скажу, мне будет легче? И если он станет смотреть на меня с презрением или жалостью, а найду в себе силы это пережить?
- Я боюсь, Лан, - прошептала я.
- Меня? - он, судя по изменившейся интонации голоса, растерялся.
- Нет, себя, - я всхлипнула.
Он прижал меня к себе еще теснее, крепче обнял. Погладил по голове и подышал мне в волосы. Так же как делал сотни раз до этого. Но почему именно сейчас это причиняет такую муку?
- Я не понимаю, бельчонок, объясни, пожалуйста, - тихо попросил он.
А как объяснить то, чего не понимаешь сама?
- Я боюсь себя, - сказала я и зажмурилась. - Я не знаю как себя с тобой вести. И от этого мне страшно.
- Эль, ведь раньше у нас все было легко и просто. Мы были вместе с самого первого дня, все радости и горе делили пополам, отчего теперь все изменилось?
- Ты был моим другом. Всегда, - ответила я и спряталась еще глубже, скрываясь от его пронзительного взгляда.
- А теперь?
- А теперь ты мне нравишься. И очень сильно. И из-за этого я теряюсь. Мне все время кажется, что я говорю и делаю что-то не так, что мои действия могут тебя как-то раздражать или обижать, или еще что. Понимаешь?
Наступила ожидаемая мной тишина. Ну вот, как я и думала, он услышал все. Теперь обдумает мои слова, поднимет в удивлении свою безукоризненную бровь, скривит губы в такой знакомой усмешке, и скажет мне что-то обидное. Или рассмеется надо мной. О боги, зачем я решилась рассказать ему все это, так сильно мучавшее меня?
Он осторожно пошевелился, отодвинул меня от своей груди подальше.
"Ну, вот и все", успела подумать я.
А дальше все пошло не потому сценарию, который уже нарисовался в моей голове.
Он взял мое лицо в свои ладони и посмотрел в мои глаза своими, такими зелеными, пронзительными, проникающими в самую душу. И тихо сказал:
- Бельчонок, я тоже тебя люблю.
А в следующий миг его губы коснулись моих. В легком, неуловимом касании. И ледяной ком в моей душе разлетелся вдребезги, от тех сияния и теплоты что исходили от него.
От его губ исходила неведомая сила, которая растекалась во мне теплой волной, не давая даже задуматься о чем-либо. Полное отсутствие мыслей, и звезды перед зажмуренными глазами.
Он отстранился от меня и тихо прикоснулся губами к моим щекам, ловя непрошеные слезинки, скатившиеся с глаз.
- Ну что же ты, бельчонок? - немного растеряно произнес он. - Ведь ты моя невеста. Как ты могла решить, что я могу плохо о тебе подумать?
Он обнял меня, прижав к себе еще крепче, с каким-то отчаянным желанием, и потерся подбородком об мою макушку.
Я повозилась, устраиваясь поудобнее. В душе царила странная легкость. Как будто я состою только из воздуха. И он несет меня все выше и выше, навстречу к моей мечте, моему счастью.
- Я боялась, - наконец сказала я, поняв, что он все-таки ожидает моего ответа.
- Эль, скажи, разве хотя бы раз я дал повод подумать обо мне плохо?
- Лан, ты не понимаешь, - я судорожно покачала головой. - Вот как тебе объяснить? Понимаешь, я росла у людей. У них было не принято выражать чувства. Простые - да. Посмеяться над шуткой, поплакать если больно. Но чувства в отношениях между мужчиной и женщиной - никогда. А еще там были женщины, про которых говорили, что они любят мужчин. Что им нравится быть с ними рядом, касаться их, чтобы их обнимали. И о них всегда говорили с осуждением. Их презирали. С ними никто никогда не здоровался даже. Как будто они пустое место. Я боялась, что если ты поймешь о том, что со мной происходит, ты станешь относиться ко мне точно так же.
Он судорожно выдохнул и стиснул меня в объятиях так, что мне стало трудно дышать. Потом отстранился и снова стал покрывать быстрыми, теплыми, нежными поцелуями мои глаза, щеки и даже нос. А потом коснулся губ, и я снова уплыла в неведомую даль, растворяясь в нем, в его дыхании без остатка. Отдавая себя всю, но взамен получая всего его.
- О боги, - со стоном выдавил из себя Лан, с трудом оторвавшись от моих губ, - какой же ты еще ребенок. Мне следовало понять, что происходит, а я думал только о себе. Проанализировал свое поведение и решил, что в какой-то момент я повел себя, как-то не так, и ты на меня обиделась. Мне даже в голову не пришло, что все так серьезно и сложно.
Он потянул меня за подбородок, вынуждая смотреть в его глаза.