* Плужить при спуске – тормозить, меняя положение лыж
* Сервисеры - люди, занимающиеся техническим оснащением биатлониста
* Великий Старик – Улле-Эйнар Бьорндален, Братья – Тарий и Йоханнес Бьё. Известные и титулованные биатлонисты.
* Сортланд – городок, в котором находится база морских сил «Север»
* Гарденмуэн - крупнейший аэропорт Осло
* Эвенес – город на севере Норвегии
========== Глава 2 ==========
Эйнар задремал под размеренное попискивание аппаратов и вскинулся, когда звук немного изменился.
Он открыл глаза и встретился с сонным взглядом Стиана. Тот слабо откашлялся и едва слышно сказал:
— Нашел меня все-таки. Зря. Я не хотел… чтобы ты меня видел… таким.
— Что с тобой случилось, Стиан? — Эйнар провел кончиками пальцев по щеке друга. — Почему так внезапно?
— Я бы так не хотел… чтобы ты знал, — Стиан закрыл глаза. — Но ты слишком важен для меня… чтобы я сейчас смолчал.
— Ты тоже для меня важен! — Эйнар пересел на кровать и наклонился над Стивенсоном, даже не стараясь скрывать своего беспокойства.
— Мне… стыдно. И я виноват перед тобой, — голос Стиана немного окреп.
— В чем ты виноват? — Эйнар уже начинал терять терпение.
Стиан едва заметно улыбнулся:
— Я поклялся унести эту тайну в могилу, но боюсь, ты вскоре последуешь за мной, если я буду молчать.
— Стиан! — Олссон сел ровно и с трудом удержался от того, чтобы встряхнуть тянущего душу любовника.
— Уходи из спорта, Эйни, — в голосе Стиана зазвучала нежность. — Уходи и забудь о сборной и карьере. Займись чем-то обыденным.
— Ты знаешь, как тяжело я добивался того, что имею сейчас, — Эйнар покачал головой. — Я имею право знать причины твоего странного совета.
— Ты тяжело работал первые пять лет, пока пробивался в национальную сборную, — Стиан закашлялся. — А потом вдруг стало легче, не так ли? Поднялись результаты, выросла скорость. А у твоего старого друга началась вторая спортивная молодость, — он горько улыбнулся.
— Допинг? — почему-то шепотом спросил Эйнар. — Но я его не принимал. И никто его мне не предлагал.
— Его предложили мне, — Стиан посмотрел другу в глаза. — Меня подпирала талантливая молодежь, а уходить очень не хотелось. Это был экспериментальный препарат… Он действовал постепенно, наращивая свое влияние. Соответственно, мои силы тоже росли постепенно, но уверенно. Не было подозрительного скачка возможностей… Препарат невозможно отследить современными пробами. Меня уверили, что он безвреден для организма. Конечно, я не верил, но и не думал, что последствия будут такими… глобальными.
— Стиан… — Эйнар был шокирован.
— Прости, — Стивенсон закрыл глаза и облизнул пересохшие губы. — Это было прекрасное время. Я был на вершине… У меня появился смысл в жизни и… ты. Я не сразу понял, что тебе дают тот же препарат… Потом решил, что ты согласился добровольно. Но когда мы стали ближе, стало понятно, что ты ни о чем не подозреваешь. Это… неправильно. Ты должен был сознательно пойти на риск. Как это сделал я.
— Но как? И кто? — Эйнар почувствовал, что задыхается. Это было, как удар в солнечное сплетение — резко и остро. — Тренер?..
— Густав ничего не знает, — Стиан нащупал руку Эйнара и слабо сжал. — На меня вышли представители нашего главного спонсора. Им нужна отдача за вложенные деньги. А сборная с каждым годом выступает все хуже. Ты же понимаешь, какие деньги там вертятся.
— Понимаю, — глухо ответил Эйнар. — Но как они мне его подсунули?
— Протеиновое питание… Ты пьешь его каждое утро. Малую дозу в обычный день и двойную — перед стартом или серьезной тренировкой. Не так ли?
— Так. Но я так понимаю, именно мои бутылочки фаршируются дополнительно? — с отвращением в голосе сказал Эйнар.
— Пять лет назад у нас сменился главный врач сборной… С небольшим скандалом, если помнишь, — Стиан криво ухмыльнулся. — Именно новый медик занимался моей «диетой». И твоей тоже.
— Я знаю, почему они не предложили мне в открытую, — Эйнар потер свободной рукой лицо.
— Ты бы не согласился, — кивнул Стиан. — А сейчас…
— Меня не отпустят так просто, — Олссон с тревогой посмотрел на пискнувший громче аппарат.
— Ты предупрежден, — Стиан закашлялся, пытаясь отдышаться.
— А если я не буду принимать препарат?
— Будет откат, провал показателей, и Николассон сразу поймет.
— Мне нужно подумать, — Эйнар лихорадочно искал выход.
— У тебя есть время, препарат довольно успешно выводится организмом. Пока не находит слабое место. У меня это — почки, — Стиан повернул голову в сторону аппарата диализа*.
— Стиан…
— Уезжай, Эйни. Я не хочу, чтобы ты видел, во что я превращаюсь. У тебя еще есть будущее… Иди.
Эйнар поднялся, а потом склонился над другом. Он мягко коснулся сухих и каких-то колючих губ, а потом заставил себя отойти к двери.
— Я еще приеду, Стиан.
— Не нужно. Иди дальше, — аппарат запищал, в палату вбежал дежурный врач.
— Герр Олссон, покиньте помещение. Идите в гостиницу и выспитесь.
Эйнар не нашел в себе сил возражать. Слишком тяжелый камень лег на сердце, слишком ошеломительными оказались новости. Хотелось переварить их в тишине и одиночестве.
