— Что у тебя за мир такой был, что ты настолько недоверчива, подозрительна и во всем видишь плохое? Ну какие дровишки, Ева! Что ты опять навоображала? — немного помолчав, дракон спросил: — Ты можешь вернуться?
То есть больше его ничего не удивляет и не интересует?
— Нет, не знаю как. И ничего я не подозрительна. И хорошее я тоже вижу… расскажешь императору?
— Обойдется, сам за тобой пригляжу, этого будет достаточно. Значит, другой мир. А после все было так, как ты рассказывала? Обучение, застава?
— Да… нет, я даже как-то оскорблена таким отсутствием интереса к межмировым перемещениям!
— Ты хотела о них поговорить?
Вот что за дракон такой?! Я о серьезном, а он насмехается!
— Тьфу на тебя! Ничем не проймешь. Надо было с поцелуя начинать.
— Так никогда не поздно все поменять, — притянул меня к себе повеселевший дракон.
Да гори все огнем. Я обняла дракона в ответ, пропустила пряди его волос меж пальцев, с упоением вдохнула его запах и коснулась его губ своими.
Не грянул гром, не разверзлись небеса, не ушла земля из под ног. А если бы это и случилось, то я бы ничего не заметила, окружающий мир перестал для меня существовать. Был лишь Рэй, его губы, так нежно ласкающие мои, его руки, так крепко сжимающие в объятиях, его черные омуты глаз в которых отражалась вселенная. Теперь я точно пропала.
Протяжный стон, влажное дыхание, касания рук, жар тела — я растворилась во всех этих ощущениях. Сколько прошло времени, прежде чем мы смогли прервать поцелуй? Рэйнер не дал мне об этом подумать, коснувшись губами шеи, прикусывая нежную кожу, поднимаясь к чувствительному месту за ушком. Слезы сами собой навернулись на глазах, а всхип был уже совсем не от удовольствия. Не хочу, не хочу, чтобы это заканчивалось!
Меня прекратили целовать и сильнее прижали к себе, хотя казалось что сильнее невозможно.
— Что еще пришло в твою неспокойную головку? — голос был глухой и слегка охрипший. — С какими монстрами мне еще придется сражаться?
— Не придется, — всхлипнула я, — люблю тебя, невозможный ты дракон! Угораздило же. Ну почему ты такой? Я так надеялась, что мне удастся избежать проклятой ведьминской судьбы!
Дракон даже не пошатнулся от удара моего кулачка в грудь. Только погладил меня по голове и чмокнул в макушку.
— Так страшно меня любить?
— Так страшно быть нелюбимой в ответ.
И не дав дракону ответить, я сдула волшебную пыль в лицо своего, уже любимого, дракона.
— Что? Ева!
Когда я подняла голову, то увидела, что на лице Рэя проступил рисунок чешуи, а зрачок глаз приобрел вытянутую форму и мерцал в глубокой черноте золотым светом. Он помотал головой, пытаясь скинуть сонные чары, хотя они уже должны были подействовать. Упрямый мой!
— Прости! Не сопротивляйся, ты всего лишь уснешь, а после и не вспомнишь обо мне, — я обхватила ладонями его изменившееся лицо и взглянула в глаза. В этот раз мне удалось его по-настоящему поразить.
Пыльца фей. Ее свойства поистине удивительны и опасны. Это великий секрет малого народца и великая ответственность. С ее помощью можно совершить как великое зло, так и великое добро. Я не могу позволить узнать секрет ведьм, только не я, пришлая. Не мне решать их судьбу, я просто не имею на это морального права. Я не смогу жить с теми последствиями, к которым может привести раскрытие тайны. Как бы не уверял меня Рэй, всего предусмотреть он не сможет. Я верю, что он защитит меня от всего, но не верю в то, что такая же защита будет у всех существ.
— Ты хоть понимаешь что творишь, Ева?
— Я осознаю это даже больше, чем ты думаешь.
По щекам катились слезы, но внимание дракона было приковано к другому. Начались изменения в моей внешности. Любое сердечное потрясение не проходит для ведьмы бесследно. Закон этого мира.
Последнее, что видел Де'Сарро перед тем как уснуть, заострившиеся черты заплаканного лица своей, уже любимой, ведьмы. Она менялась прямо на глазах. Перед ним была уже не юная улыбчивая девочка, а женщина ближе к тридцати, с печалью в глазах и седой прядкой среди медового полотна волос. Невинные и незащищенные от жестокости создания, для которых любое потрясение может привести к смерти. Сейчас Рэйнер воочию наблюдал закон этого мира в действии, и от этого его сердце разрывалось от боли. Не уберег, не смог защитить от самой себя. Она так и не доверилась ему, маленькая самоотверженная ведьмочка.
Сущность Рэя рвалась к Еве, не хотела отпускать. «А раньше чего ты молчал?! Столько времени было, не мог предупредить что она та самая?! Почему только сейчас?»
— Я не отпущу тебя, Ева, чтобы ты не сделала. Просто даю тебе время подумать и принять меня. Ты моя…
После этих слов дракон погрузился в тревожный сон, так и оставив последнее слово за собой.
Ева не сразу покинула постоялый двор. Перед этим она убедилась в том, что ее спутники, пусть и бывшие, были в целости и сохранности доставлены в свои комнаты. Даже подушечки им всем поправила, не решаясь их покинуть. Покинуть своего дракона. Хотя он никогда и не был ее, но сердцу ведь не прикажешь? она собрала свои вещи и, не оглядываясь, пошла к портальной арке.