Рабочий день заканчивался. Сигнал ещё не давали, но покупатели уже ушли, в залах моют полы и раскладывают товары на завтра, заводятся в гараж на отдых трейлеры, готовятся к смене надзиратели и охрана.
Гархем посмотрел на часы и удовлетворённо кивнул. Если сейчас начать, то получится доля в долю. Ну что ж, все рабы — воры и обманщики, и чтобы их воровство и обман не приносили убытков, надо создать им для этого необходимые условия.
— Старший.
— Да, господин управляющий.
— Возьми кого покрепче из мужчин, оба идите в верхнюю надзирательскую и ждите там.
Старший потупился, скрывая мгновенно заблестевшие глаза.
— Ступай.
— Да, господин управляющий.
Старший сорвался с места. Асил, где Асил?
— Асила давай! — проорал он на бегу.
Из-за разворачивающегося трейлера вывернулся и побежал рядом Асил.
— Чего? — выдохнул он.
— В верхнюю надзирательскую, — таким же выдохом ответил Старший.
— Владычица земная, — пробормотал Асил, — неужто…
— Заткнись, сглазишь.
"Матери набольшие, неужто нам позволят самим его вниз снести, владычицы-заступницы, силы земные и небесные вам подвластны, Судьба-сестра, тебя молю, сделай так, чтоб надзирателям недосуг было, чтоб нас допустили", — молился на бегу Старший. Рядом бежал, так же беззвучно шевеля губами, Асил.
Верхняя надзирательская была заперта. Они остановились у дверей, переводя дыхание, переглянулись. Теперь только ждать и не рассердить сволочей надзирательских ненароком.
Подошёл, что-то жуя, надзиратель, открыл дверь.
— Заходите. Сюда к стене. На колени оба и с места не сходить. И не разговаривать. Сам вздую обоих. По полной огребёте.
Они беспрекословно выполняли все приказы. Их послушание, видно, успокоило надзирателя. Он прислушался к верещавшему снаружи звонку и ушёл, бросив им.
— Ждать, обалдуи волосатые!
Как только он вышел, Асил, не вставая с колен, переместился к двери и встал так, чтобы внезапно вошедший споткнулся об него. А Старший метнулся к длинному чёрному ящику у противоположной стены, прижался щекой к холодному металлу.
— Рыжий, слышишь меня, Рыжий, поскребись.
Изнутри невнятный слабый хрип. Понял, не понял, надо спешить.
— Рыжий, глаза закрой, зажмурься накрепко и ни в какую не открывай.
Шумно засопел Асил, и Старший одним броском вернулся на прежнее место. Так же мгновенно последовал за ним Асил.
Вошли два надзирателя, подозрительно посмотрели на стоявших у стены на коленях рабов с опущенными головами и, удовлетворённые их покорно испуганным видом, подошли к ящику. Один из них брезгливо поморщился.
— Фу, вонища какая. Сгнил он там уже, что ли?
— Сейчас посмотрим.
Заскрипели и залязгали запоры. Откинута верхняя крышка, и волна удушливого отвратительного запаха заполняет комнату.
— Фу, чёрт, знал бы, противогаз взял.
— Пружины отожми! Да, вот здесь.
— Смотри-ка, живой.
— Сам он не встанет, вытряхивай.
С трудом, приподняв и наклонив тяжёлый ящик, они вытряхнули на пол исхудавшее, как высохшее за эти трое суток тело, покрытое засохшей кровью и нечистотами.
— Фуу, забирайте, своё дерьмо.
Рванув молнию, Асил распахнул и сбросил с плеч до пояса комбинезон. Одним движением сорвав и скрутив свою рубашку в плоский жгут, он встал и шагнул вперёд, раздвинув надзирателей. Быстро наклонившись, Асил завязал лежавшему глаза, поднял и взвалил костистое, бессильно обвисающее тело к себе на плечо и, не дожидаясь никаких приказов, вышел из надзирательской. Надзиратели несколько ошарашено провожали взглядами его могучую фигуру, покрытую по груди, рукам и даже спине светлым пухом. И Старший счёл необходимым переключить надзирателей на себя.
— Спасибо, господин надзиратель.
— Сгинь, — отмахнулись от него.
Донельзя обрадованный таким приказом, Старший бросился за Асилом. Но в холле его перехватил Гархем.
— Старший, на построение.
— Да, господин управляющий, — вынужденно повернул к выходу Старший.
Пробегая вдоль строя, он бросил на бегу.
— Жив Рыжий, внизу уже.
Выбежал и бросился на свое место Асил. Они столкнулись так, что Старший едва не упал. Удерживая его от падения, Асил шепнул.
— Бабы моют.
Вот все на местах, и Старший побежал сдавать рапорт.
Пересчёт, обыск. Рабы нетерпеливо топтались в ожидании и убегали с небывалой даже для вечернего построения скоростью.
Старший всегда уходил последним, и сегодня он был готов сам обыскивать, лишь бы побыстрее. Ну, все? Все? Все! Старший рванул к двери и опять его остановили. Распоряжения на завтра. Мастака со склада на ремонт контейнеров, ему трёх подсобников, пять женщин мыть домик охраны, в продуктовом зале перетасовать бригады… и…
— Рыжему через три дня выход в гараж.
Старший оторопело, боясь поверить услышанному, уставился на Гархема. Рыжему дают на лёжку три дня? И тут же получил пощёчину.
— Ты стал плохо слышать?
— Да, господин управляющий, нет, господин управляющий, Мастака на ремонт…
