- Тогда пожелайте мне удачи, что ли. – Уриэль отлип от стены, которая до этого стоически удерживала в вертикальном положении его дрожащую от волнения фигуру, даря необходимое чувство спокойствия. Еще больше спокойствия он мог получить в углу, так как количество точек опоры возрастало в таком случае, но к несчастью углов поблизости не было. На подгибающихся ногах маг направился к кабинету.
- Удачи там!
- Держись, друг! Если не помнишь, старайся импровизировать, может повезет.
- Спасибо, так и сделаю. – Уриэль открыл дверь и шагнул навстречу неизвестности.
Играть со смертью привычное дело для каждого практикующего мага. Опасности поджидали заклинателя при каждом магическом действии и не только. Создание любых чар сопровождалось риском фатальной ошибки. Не говоря уже об экспериментах, когда заклинание не проверено сотнями лет испытаний. К этому со временем привыкал каждый волшебник. Но такая смелость не часто выходила за рамки колдовства. То есть колдуны раз за разом берущие на себя риски создания заклинаний, редко действовали так в своей обыденной, социальной или политической жизни. Этот неочевидный факт в основном являлся причиной отсутствия каких бы то ни было магических революций и восстаний. Да и зачем колдунам рисковать, если все и так постепенно стекалось к ним в руки. Тысячу лет назад у них не было ни малейшей автономии. Сейчас же во всем мире им не было равных противников. Нет, конечно, существует много проблем, на которые невозможно замахнуться, начиная от научных задач и заканчивая враждебными трансцендентными сущностями. Например, высшие боги, демоны, элементали и прочие существа такого порядка, один на один превосходили любого мага. Но, во-первых, они были достаточно пассивны и вопреки представлениям простых людей почти ничем не занимались, по крайней мере, согласно текущей информации. А, во-вторых, здесь нужно смотреть не на статичную картину того, что маги могут, а чего не могут, а на процесс их самосовершенствования. Десять тысяч лет назад колдуна побеждал простой человек, тысячу лет назад от десятка до сотни людей могли совладать с волшебником. Сейчас это было невозможно ни в каком варианте. Пятьсот лет назад тридцать магов еле-еле могли побеждать низших демонов. Сорок пять лет назад сорока лучших магов из двух стран хватило для убийства одного из сильнейших богов. И это при том, что сам ритуал был провальным – среди участников один или несколько, достоверно не известно, оказались предателями, попытавшимися извратить заклинание. Так что все маги героически погибли, но все-таки достигли цели.
Видя такую динамику, никто и не стремился заниматься чем-то кроме магии. Эта тактика поставила колдунов туда, где они были сейчас, и не что не мешало в будущем им добиться еще большего. Так думало множество волшебников, среди которых был и Красс. Его полностью устраивала стабильность положения современных заклинателей. В общем-то его нынешняя, сомнительная с точки зрения официальной власти, деятельность не была вызвана желанием получения власти или наступления глобальных перемен. Он просто не хотел оказаться на стороне проигравших. Сейчас Красс полностью контролировал свою жизнь. И это не было случайностью или везением, не досталось ему по наследству. Архимаг добился этого сам, в одиночку, и поэтому был полностью независим. И эта независимость его полностью устраивала. Он мог исследовать, что хотел, сражаться с кем хотел, тратить столько денег сколько хотел. Да и вообще разве надо объяснять кому-то преимущества власти вкупе с независимостью? А независимость здесь была очень важна. Люди часто, пробиваясь на вершину, берут на себя обязательства, от исполнения которых потом не могут отказаться, чтобы не потерять то, чего они достигли. Ведь если обидишь одного своего долгодателя, то остальные от тебя сразу отвернуться, и ты останешься у разбитого корыта. Так что долги приходилось возвращать, как бы порой это не было неприятно. Красс же никому ничего не должен. Наоборот, он зачастую помогал молодым и талантливым магам своим советом или протекцией. Хотя этим в общем-то занимались все влиятельные волшебники, имеющие хоть толику амбиций. Искать себе будущих союзников - это базовый элемент борьбы за власть. Ведь несмотря на то, что взаимоотношения с людьми колдунов не интересовали, но вот иерархия внутри магического сообщества - совсем другое дело. Возможно, будь волшебники исключительно учеными, то это не проявлялось бы в настолько развитой и жесткой форме, но кроме этого они были еще и войнами. А для воинов характерно всегда организовываться со временем в определенную сложную структуру. Красс, будучи на верхушке этой структуры, вместе с другими Архимагами, мог тратить такие средства на свои проекты, что королям оставалось только завидовать. Следовательно, терять свое место, ему совершенно не с руки. Так что в последнее время приходилось уделять куда больше времени на политику и интриги, чем ему самому бы хотелось.
