Во-первых, предстоит отделить мух от котлет, а песок – от битума. Делать это приходится путем тотальной обработки горной массы острым паром – в противном случае битум просто не хочет куда-либо течь. При этом полностью отделить битум от песка практически невозможно даже при нынешнем высоком уровне технологии, в силу чего вокруг карьеров вырастают еще более масштабные отстойники битуминозного шлама – адской смеси остатков битума, песка и загрязненной воды. При этом организовать полностью замкнутый по воде производственный цикл не получается – приходится практически всю воду сбрасывать в шламоотстойники, которые сейчас уже занимают площадь около 50 км². Этот процесс приводит к тому, что на 1 баррель синтетической нефти производителям приходится тратить около тонны свежей воды и попутно, при росте производительности, увеличивать площади отстойников, чтобы хоть как-то обеспечивать использование воды в замкнутом цикле. Собственно говоря, именно с «водным вопросом» и связаны основные претензии экологов к проектам по разработке битумозных песков. Однако экономически это вряд ли остановит производителей – даже сейчас, на уровне производства в 1,5 Мбд, производство синтетической нефти отбирает на свои нужды не более 2 % природного стока реки Атабаска – главной водной артерии бассейна.
Но гораздо более серьезная проблема битуминозных песков состоит в низкой энергетической эффективности процесса экстракции и последующей переработки полученного битума. Согласно оценкам самих производителей, около 1,5 ГДж (гигаджоуля) энергии надо затратить на производство каждого барреля такой нефти. Около 0,8 ГДж энергии покупается извне (это природный газ) и еще 0,7 ГДж энергии дает сам процесс переработки битума. Полная энергия, которая используется в производстве, включает и энергию, которую завод генерирует внутри процесса в качестве побочного продукта. По большей мере, это электрическая энергия, по которой завод имеет даже определенный избыток.
Завод по производству синтетической нефти также производит большие количества попутного газа в своем процессе, который используется для питания газовых турбин. Кроме того, в процессе получаются большие количества тепла, которое тоже используется – для производства пара и питания паровых турбин. Это делает процесс гораздо более эффективным.
Дальше можно сделать простой расчет, который нам уже понятен для параметра EROI: 5,8 ГДж (выход) делится на 1,5 ГДж (вход) и выводится значение EROI, который даже до стадии синтетической нефти уже составляет всего лишь 3,9:1. Дальше справедливо добавить, что полученная синтетическая нефть гораздо более трудна к переработке на нефтеперегонных заводах и, как следствие, итоговый EROI по всей цепочке до нормального бензина и соляра можно принять как 2,9:1.
Как видите, EROI битуминозных песков еще хуже, чем EROI «сланцевой» нефти самого раскрученного Баккена. Это явно гнилые пни, которые прогнили под землей еще во времена динозавров.
Итак, даже по состоянию на сейчас, когда почти все битуминозные пески добываются «без зонтика, на свежем воздухе», в открытых карьерах, внутренняя энергетическая эффективность этого процесса отнюдь не играет веселыми и радостными красками. Кроме того, построенное производство по экстракции битума из песков достаточно современное. Как пример – установки комбинированного цикла (газовая и паровая турбины), которые используются на переработке битума. Это вообще одни из наиболее совершенных машин по производству энергии. Поэтому надеяться на некие «новые технологии», которые как-то поднимут эффективность процесса, достаточно самонадеянно.
Однако гораздо более мощная мина замедленного действия заложена в проекте расширения переработки канадских битумозных песков.
В ближайшие 15 лет Канада собирается увеличить переработку песков более чем вдвое – от текущего уровня в 1,5 Мбд до 3,7 Мбд. Это позволит закрыть около 18 % потребности двух стран (Канады и США) в жидком топливе по состоянию на 2011 год. Цель, безусловно, благородная, масштабная и при должном финансировании – вполне выполнимая. Но, как видно из приведенной картинки, предыдущие 1,5 Мбд производительности, на самых простых к отработке запасах, канадцы строили 30 лет – с 1980 по 2010 год.
Однако проблема в большей мере состоит в том, что простые для отработки открытые залежи песков сейчас уже вовлечены в производственный процесс. Напомню, карьерными самосвалами можно вывозить не больше 20 % от общих извлекаемых резервов в 170 млрд баррелей.
