Мир на пике – Мир в пике полностью

Как видно даже по упрощенной схеме будущего технологического цикла, об эффективном использовании пара, попутного газа и тепла самого процесса для обеспечения энергией производства экстракции битума можно с сожалением забыть и, скорее всего, навсегда. Сколько составит EROI для скважинной добычи битума на канадских битумозных песках – отдельный, пока достаточно непредсказуемый вопрос. В 2009 году были проведены первые опытные бурения и экстракции битума непосредственно из-под земли, которые показали, что только процесс извлечения битума на «свет Божий» такими скважинами будет иметь EROI в районе 3,3:1. Исходя из этого, не исключено, что оценки, указывающие на совокупный EROI для будущих проектов разработки битумозных песков в пределах 1,5–2:1, не являются сильно пессимистичными.

Исходя из вышесказанного, нам, пожалуй, можно новыми глазами посмотреть на этого замечательного канадского осетра на графике прогноза добычи нефти в Северной Америке.

Канадский осетр, скорее всего, минимум треть энергии будет тратить на свой собственный прокорм, как и «сланцевая нефть» Северной Дакоты. Потому что они будут сами очень и очень хотеть кушать гигаджоули и гигаджоули тепла, пара и электроэнергии. Мы немного опоздали к этой нефти. Где-то на 65 миллионов лет, плюс-минус миллион роли уже не играет.

В общем, динозавру холодно и страшно. Нефти нет – и не будет. Как ни старайся, а упрямая нефть рисует пик на своей добыче и только сверхусилиями можно превратить этот пик в очень короткое плато, на котором еще можно с масштабными затратами денег постараться усидеть с десяток лет. Хабберт оказался прав. Альтернатива – это утки.

В чем же загвоздка? Почему американцы медлят? Почему у них на повестке дня этот идиотский сланец и неудобный канадский битум, а не прорыв в светлое будущее? Рассказываю.

Ключевые слова: нефть, отличия, сланец, исчерпаемые ресурсы.

Ключевые смыслы: нефть – это нефть; посчитать ресурс не для прессы.

В этой главе читатель с удовольствием узнает о неоспоримом удобстве «розовых очков», которые позволяют смотреть на мир слегка затуманенным оптимизмом взглядом. Этот подход позволят замечать удобные вещи, а неудобные игнорировать. Ну, не совсем игнорировать, но откладывать их исследование на более поздний срок. Реально каждому нормальному человеку (и государству) не очень хочется погружаться в море новых проблем и искать их возможные решения. Ведь всегда есть надежда, что кто-то решит похожие проблемы для себя и это решение можно будет легко и просто применить и на собственной территории. А пока понятно и без особых знаний и дополнительных исследований: нефть – самое классное топливо. Его не только просто добывать, но и удобно утилизировать! Это просто мечта, американская мечта.

Читатель, который внимательно прочитал предыдущие части моего opus magnum, касающегося перспектив перехода к новому, дивному миру, лишенному дешевой и доступной нефти, мог уже невольно задать себе простой вопрос: «А на фига, ну, зачем американцам закапывать свои усилия – и в прямом, и в переносном смысле – во все эти непонятные проекты по получению жидкого топлива с неясными перспективами и слабопрогнозируемой экономикой? Почему они, елки-палки, не строят АЭС, не развивают альтернативы нефти, не инвестируют в новую энергетику, а раз за разом пытаются реанимировать старое? Они что, идиоты?».

Ответ на этот вопрос интересен и нетривиален – и требует отдельного рассмотрения. Помните фразу Диксона о том, что «царящий в мире энергетический гегемон всегда слишком глубоко интегрирован в существующую систему»? Вот именно эта «интеграция» и держит США привязанными к нефти. Потому что нефть – это и есть США.