Сакри делал все возможное, чтобы вывести демона из себя. И иногда у него получалось, но только не сегодня: Иснан был уверен в себе и знал, что не станет помогать искательнице. Если ее тело и впрямь настолько слабо, что не выдерживает магии и хаоса, то пусть оно обратится в прах.
«
Подвальная дверь громко заскрипела. По лестнице вытянулась тень, в ноздри ударили знакомые запахи. Иснан повернулся, готовый к очередным нотациям Маракса за то, что он находится здесь. Но демон лишь скользнул по нему ленивым взглядом, впустил в подвал двух демонов и одного мужчину, старательно протиравшего очки на ходу, и ушел, ничего не сказав.
– Пора переходить к новым подопытным! – воодушевленно произнес мужчина, подойдя к границе сигилов вокруг искательницы. – Мальчики, перенесите ее в комнату, о которой я говорил. Вторую тоже. Я займусь ею позже.
Иснан бросил косой взгляд на Твайлу: учитывая, что Хибай уничтожил ее рога почти под корень – и неизвестно, смогут ли они когда-нибудь восстановиться, – демоница держалась просто отлично. Большую часть времени она была без сознания, но изредка открывала глаза и, как слышал Иснан, грозилась убить каждого, кто к ней подойдет.
– Я сообщу, когда появятся первые результаты, – добавил мужчина, когда двое демонов практически синхронно приблизились к искательнице.
– Что конкретно ты собираешься с ними делать?
Мужчина посмотрел на Иснана и, поджав губы, покачал головой:
– Госпожа просила молчать об этом. Но уверен, что она потом обо всем расскажет.
«
«
– Не убей их раньше времени.
– Я бы никогда не позволил себе такого, – почти благоговейно пробормотал мужчина.
– Что ж, рад это слышать, – демон развернулся, спрятав руки в карманы брюк, и бросил через плечо: – Не переводи материал зря, Махатс, иначе в следующий раз я не стану рисковать и тащить тебе новую подопытную крысу.
Об инциденте, произошедшем двадцать восьмого марта, знала практически вся коалиция. К счастью, никто так и не узнал точно, ради чего Себастьян и Зельда вообще сунулись на тот аукцион, но слух о том, что они составили какой-то план, который провалился, распространился достаточно быстро.
Казалось, что каждый, с кем пересекался Себастьян, осуждает его за бездействие. Пока искатели и вся коалиция день и ночь работали, он ничего не делал. Но не говорить же каждому, что он помогает коалиции из зала Истины и уже знает, какие поиски возьмет, когда Марселин решит, что он полностью здоров.
Сильнее всего пострадала рука – первой помощи от Зельды было достаточно, чтобы немного унять боль и ограничить распространение хаоса, попавшего в организм, но требовался серьезный осмотр целителя. Себастьяну пришлось довериться Марселин: она вправляла ему кость и вливала столько отваров, что Себастьяна едва не начало тошнить. Марселин сделала все, что могла, но сказала, что шрам останется. Себастьяну было плевать. Хаос больше не пытался отравить организм, и этого было достаточно.
После этого, с перевязанной рукой и ногой, на которую даже не мог нормально наступать, Себастьян предстал перед принцем Джулианом, который сообщил, что теперь поисками Иснана, Маракса и Хибая, потенциальных виновников смерти Джевела, занимается коалиция, а Себастьяну и Зельде не следует вмешиваться до тех пор, пока к ним не обратятся напрямую. Их поиск был завершен, и теперь попытки добраться до демонов могут считаться нарушением правил и клятв. Только официальные поиски, одобренные Орденом. Только та работа, за которой может проследить коалиция.
Себастьян чувствовал себя максимально бесполезным. Марселин сказала, что ему следует полностью восстановиться и только потом вновь браться за работу, с чем согласились Джонатан и родители, но искатель не мог сидеть на месте. Он хотел понять, почему демоны напали на место проведения аукциона, какие цели преследовали и куда забрали Соню.
Алекс с ним почти не разговаривал, любые попытки Себастьяна объяснить, что сейчас он ограничен в возможностях и не может полноценно заняться поисками Сони, встречались со скептическим взглядом.
Он впервые с этим столкнулся. Алекс всегда знал, когда Себастьян прав, и прислушивался к нему. В свою очередь Себастьян вовремя реагировал, если видел, что Алексу становится хуже, и делал все возможное, чтобы помочь брату.
Но сейчас все, что он делал, так это ждал: когда перестанет хромать и наконец сможет нормально ходить; когда Марселин скажет, что можно браться за поиски; когда Зельда перестанет надоедать ему всякой чушью.
Обычно искатель забывал о поиске сразу же после его завершения и брался за следующее дело, но только не в этот раз. Навязчивые мысли не отпускали. Себастьян почти не спал, мало ел и с трудом заставлял себя глотать отвары, приготовленные Марселин.
