– Я рад, почувствовать твою влагу на своих пальцах. Это главный признак, того, что ты сексуальна и темпераментна. Для меня это очень важно. Я не могу любить жену раз в неделю. Мой темперамент захочет обладать тобой каждую ночь.
– Сейчас я подготовлю твоё маленькое влагалище к вхождению моего большого члена. Знаю, он у меня далеко немаленький и поначалу тебе будет нелегко. Со временем твои стеночки подстроятся под мой размер, и ты начнёшь испытывать оргазм. – Всё это время, пока паук говорил, его пальцы плавно входили неё и также нежно выходили. Он расставлял их внутри, мягко растягивая стенки.
Она, нехотя, залила их ещё большей влагой.
– Хорошо, очень хорошо. Ты должна полностью расслабиться и тебе будет легче меня принять. Кстати, твою девственную преграду, я уже почувствовал. Поверь, я буду очень аккуратен. Боль пройдёт быстро, – его низкий голос со щекочим тембром, окутывал так, что она уже поняла это точно конец её девичьей тупости и разбалованности. И этот красавец – паук, как назло, ей сильно нравился. «У него такая совершенная фигура, как у лучших наших мужчин: отца, братьев и самых сильных воинов. А член! Я боюсь его. Он такой большой. Он порвёт меня. Надо попытаться расслабиться. Я завтра стану его женой, а скоро хозяйкой нашего замка. Нашего? О, похоже, я уже начинаю здраво размышлять. Да, он побил меня, но я сама виновата, пора принять настоящего мужчину, способного привести меня в рай любви».
Вобин погладил несколько раз бёдра с внутренней стороны и пристроился.
– Потерпи, милая… – медленно начал входить, продвигаясь, миллиметр за миллиметром и достиг преграды. – Сейчас, произойдёт боль, но только один раз. Ты прекрасна, – вошёл резче и пробил её. Сколопендра вздрогнула, но не замычала. Его движения стали более размеренными, однако оставались такими же мягкими. Он пришёл к взрыву и сжал девичьи бёдра обеими руками.
– Завтра я женюсь на тебе и мы уедем ко мне. Ты станешь покорна?
Она, нехотя, кивнула. Он улыбнулся.
– Я рад, поверь, ты не пожалеешь. Я буду любить тебя, защищать, вкусно кормить, а наши лучшие швеи шить тебе такие же прекрасные наряды, как и ты сама, – развязал её, вытащил кляп и присел рядом.
– Ты станешь моей женой?
Пауза. Паук дотронулся большим пальцем до губ сколопендры, проведя по нижней.
– Да, – после этого ответа, наклонился и засосал мягкие влажные губы. Она поддалась, и этот глубокий поцелуй наполнил их тела новым желанием. Второй раз он овладел ей уже без жгутов и кляпа, наслаждаясь её стонами и полным раскрытием. Её было ещё немного больно, но эта боль быстро проходила, наполняя женственностью и нарастающим желанием стать его женой.
Рассвет.
Вобин проснулся и, посмотрев на невесту, поцеловал в лоб, мимолётно обратив внимание на алое пятно крови на простыне. Она открыла глаза и уставилась на него.
– Доброе утро, любимая.
Сколопендра отвернулась.
– Почему ты не отвечаешь? – его брови нахмурились. – Мужа положено приветствовать всегда когда видишь, утром, с охоты, с дороги, с боя.
– Ты мне ещё не муж.
– Но сегодня стану им. И потом ночью мне показалось, ты уже стала покорной.
– Тебе показалось.
– Ошибаешься, ты была покорной, – резко развернул её и встал на руки.
– Отстань, – она попыталась его оттолкнуть, упёршись в стальную грудь.
Паук, молча расставил ей ноги ногой, взял одной рукой под бёдра и резко вошёл. Она вскрикнула.
– Я предупреждал о наказании, если не станешь покорна, – его движения сильно отличались от нежных ночью. Член бил грубо. Сколопендра напряглась, пытаясь отстраниться, но он ещё сильнее прижимал девичьи бёдра к напряжённому члену. Удары нарастали. Вобин знал, что этим приносит ей боль, когда она не была расслаблена и подготовлена к его внушительного размеру члена, но останавливаться не хотел, наказывая таким яростным сексом.
– Отпусти!
– Терпи, ты моя и скоро станешь моей женой. А наши жёны расставляют ноги всегда, когда нам это надо.
– Пошёл ты.
– Неправильное поведение, – ударил членом ещё несколько раз и вышел, перевернул её задом к себе, заставив встать на четвереньки, намотал волосы на кулак, оттягивая голову назад и снова вошёл, продолжая подобные толчки.
– Готовь рот, завершать буду в нём.
– Нет. Я откушу твой поганый член.
– Попробуй только и очень сильно пожалеешь, – вышел, переполз к её лицу, взял за щёки, надавил и тыкнулся головкой в плотно закрытые губы. – Открой.
Она промычала.
– Тогда я кончу тебе в ухо, – повернул голову невесты к головке и начал ею сильно тереть ушную раковину.
– Ты извращенец! – в этот момент его член оказался у неё во рту. Она расширила глаза, не понимая, что делать с этой огромной штукой.
– Убери зубы, я буду аккуратно двигать им, а ты облизывай.
Конечно, она попыталась укусить. Он вытащил член, распластал её на постели, добил во влагалище до своего апогея, встал, взял ремень с брюк и намотал на руку.
– Повернись на живот.
– Зачем? – глаза уставились на его руку с ремнём. – Ты что совсем уже? Что тебе ещё нужно? Поимел же меня с утра как хотел!
