– Это символ вашего союза. Великий турмалин скрепит вас навечно. И если вы будете вдали друг от друга в опасности: камень помутнеет.
Вобин и Кластримия уставились на слиток. Шаман взял их другие руки, вытащил атам (чёрный кинжал) и, сделал надрез на ладонях невесты и жениха, уложив на камень так, что турмалин обагрился кровью.
– С этого дня ты – Кластримия дочь владыки сколопендр Корандия соединяешься навечно с пауком Вобином – правой рукой повелителя пауков Эрганлавдия управляющим молодыми воинами. Ваш союз принят богами и освящён турмалином. Да будет так, – поднял руки, тряся широкими рукавами. – А сейчас вы должны скрепить ваш брак жарким соитием.
Они встали с колен, и Вобин хотел увести жену, но все присутствующие вскрикнули.
– Куда ты собрался уходить? Не сдвигайтесь с места!
Паук, не понимая в чём дело, перевёл взгляд на шамана. Тот сурово свёл густые брови.
– Если ты сейчас же не войдёшь в неё, ваш брак распадётся, не успев начаться, а повторно браки у нас не совершаются.
– Здесь? – у Вобина отвисла челюсть.
– Да, на этом месте.
Кластримия подняла руку к его лицу и погладила.
– Любимый, прими это, таковы наши законы, только один раз мы должны заняться любовью при всех.
– С ума сойти, ну что ж, я готов, раз так.
Она прислонила губы к его губам, одновременно трогая член ещё находящийся в штанах. (Турмалин положила на пол у их ног)
Вобин загорелся, несмотря на то, что совсем не приемлет таких правил. Сколопендра расстегнула ремень на его штанах и сняла их до колен: член сразу встал, как каменный.
– О, какой большой орган достался тебе сестричка!
Они, не обращая внимания на смешки братьев, продолжили целоваться. Кластримия подняла перёд платья, где была полностью обнажена. Вобин глядя на её кучерявый лобок, удивился. (У неё нет панталон) Взял невесту на руки, помогая обнять ногами его торс и вошёл. Она сразу застонала. Он, боясь, что не выдержит всего этого при её отце, братьях и шамане, решил побыстрее завершить такой своеобразный обряд бракосочетания глубокими толчками и вскоре они вместе пришли к бурному апогею.
– Прости, – прошептал на ухо, целуя в мочку.
– Так надо, – выдохнула в губы.
– Теперь союз скреплён полностью. Вы – муж и жена! Поздравляем!
Братья подскочили, обнимая и целуя их в щёки. Владыка тоже подошёл и, сняв с себя серебряную цепь в виде сколопендры с огромными турмалиновыми глазами, надел на зятя.
Тот принял с благодарственным поклоном головы. Сыновья тоже сделали дорогие подарки в виде иных украшений для сестры и зятя: браслетов инструктированные турмалинами. Шаман отдал им сосуд, тот, что висел на руке.
– Это зелье ещё долго будет помогать вам, когда понадобиться сильная защита. Он защитит от всего.
Они всё приняли и поклонились.
– Вы можете уйти, когда пожелаете. Сыновья уже отдали мой приказ слугам: во дворе стоят два сундука с вещами дочери и приданым – лучший турмалином. Этого вам хватит на безбедное существование на несколько столетий.
– Я хорошо получаю на службе у повелителя, тридцать крупных обсидианов в месяц. Так что турмалин жены, надеюсь, нам не понадобится, пусть хранится для наших детей и внуков.
– Раз так, значит, моей дочери вдвойне повезло.
– Владыка, простите, но что с детьми повелителя?
– Их разместили в отдельных покоях, однако…
Вобин кинул тревожный взгляд.
– Их осмотрел шаман – девочка слаба.
– Она заболела?
Шаман выступил вперёд.
– Позвольте владыка мне объяснить ему.
– Позволяю.
– Это не болезнь, нечто другое, неподвластное мне. Я не смогу исцелить её.
– А что это тогда? – Вобин искренне разволновался.
– Похоже на волю богов, она долго не протянет, увы, я помочь не могу. Передай своему повелителю, что его дочь вряд ли доживёт до следующего полнолуния. У неё по ночам течёт кровь с носа, и остановить невозможно никакими зельями.
– Какой ужас.
Шаман пожал плечами.
– Мы постараемся хотя бы сыну повелителю пауков сохранить жизнь. Идите, мы больше вас не задерживаем.
Вобин и Кластримия вышли рука об руку.
– Я устал от вашего мира и хочу домой, и мне очень жаль малышку.
– Я готова последовать за тобой куда скажешь. А насчёт дочери твоего повелителя, поверь, если б это была обычная болезнь, наш шаман вылечил. Он может всё. Даже цветок Мориса у нас начал расти с его помощью. Значит, это действительно, воля богов, какая–то кара.
Братья тоже уже были во дворе у сундуков.
– Как вы здесь оказались быстрее нас, если мы вышли первыми? – вскинул брови Вобин, подходя к ним.
– А мы с окошка сползли, – ухмыльнулись, показывая взглядом на распахнутое окно из зала в самой высокой башне.
– Прыткие.
– Очень.
– Мы хотим проводить вас до пещеры, и помочь с сундуками, всё–таки немаленькие. Отец щедр.
– Благодарю.
– Ага, и поржать по дороге, – старший брат многозначительно взглянул на сестру.
Та смутилась.
– Да ладно, сколопендра из такого развратного мира, может смущаться?
– Сестра, это на тебя не похоже, раньше была такая бойкая на язык, – другой брат ехидно ухмыльнулся.
