Хихикали уже все девчонки из ее «стаи». А я подумала, что это мерзкое девичье хихиканье надо запретить законом! Ужас какой-то, создается впечатление, что они не люди, а болванчики со стандартным набором функций. Вот как с такими можно нормально общаться? Тут же последние крохи интеллекта вместе с хихиканьем повылетают!
— И какие это у меня проблемы? — громко поинтересовалась я.
Все, кто был в коридоре, подозрительно притихли, но меня это не волновало. Я наконец-то нашла, на кого можно выплеснуть все переживания сегодняшнего дня. Подло, некрасиво, в конце концов, таких жалеть надо, а не ругаться, но что-то сломалось во мне, слишком долго я этим богачкам спускала все с рук. Надоели, если потребуется, я засуну куда подальше свое природное благородство и воспитание, обычно не позволявшие мне обижать людей.
Я злилась. И эта злость затмевала и голос разума, и любые здравые смыслы, осталась только язвительность, которая змеиным ядом разливалась по моим венам, будоража, поднимая адреналин. Я хотела этой ссоры!
— Прости, но это не я уже две недели изображаю из себя неудовлетворенную драконицу, — холодно пожала плечами девушка.
И опять это гнусное хихиканье от группы поддержки!
— Ну, конечно, — я окинула ее презрительным взглядом, — куда мне до такого спеца по удовлетворению женских потребностей, как ты.
— Думай, что говоришь, — рявкнула девушка. — Ты — бледная моль, с которой общаются только из жалости, и потому что ты каким-то чудом умудрилась стать Старостой. Ты случаем ни с кем из ректората не спала?
— Ты, наверное, меня с кем-то спутала. — Я мило улыбнулась, только вот девочки как-то притихли и отошли подальше от нас. — С собой, например. Уже у каждого в постели побывала? Или еще кто остался? А я то все удивляюсь, как ты с такими данными и ограниченной функций мозговой деятельности умудряешься у нас учиться… Что такое? Слова слишком сложные? Ну так я могу и попроще выражаться. Чтобы твоя хорошенькая голова от усердия не отвалилась или того хуже волосы от напряжения серого вещества не повылазили. Да и ранние морщины женщину не украшают… — я сочувственно покивала головой. А в глазах стояла злость, улыбка больше напоминала оскал.
Ну давай! Ответь мне хоть что-нибудь. Хватит уже хлопать глазами!
— По крайне мере меня не бросали. Хорошо прокатилась с Ником в машине? Как ночка? Только, кажется, ты его разочаровала, раз он сбежал в столицу от тебя. Ты представляешь собой жалкое зрелище брошенной дуры, — презрительно скривившись, проговорила она.
Обидно… больно, но показывать этого нельзя — сожрет и не поморщится. Тем более в коридоре народу прибавилось, и все в полной тишине слушали нашу перепалку. Так что я не сомневалась, что присутствующие на данном спектакле ловят каждое наше слово.
— А с чего ты взяла, что он мне вообще нужен? Может, это я его бросила?
Ой, что за чушь я несу?! Я ведь даже с ним не встречалась… бросать-то некого было!
— Кого, Ника? — засмеялась она, а в глазах блеснуло торжество. — Не смеши. Ты всегда одна, ни один парень на тебя не посмотрит…
— У меня есть парень, — рявкнула я.
— Да? И кто? — усмехнувшись, спросила Лиана.
— Горьев! — выпалила я.
Дааа… если до этого была просто тишина, то теперь наступило гробовое безмолвие. Я повернулась и чуть не грохнулась в обморок. Напротив меня стоял Ник. А в глазах непонимание, разочарование и бог знает что еще. Я словно во сне обвела взглядом всю изумленную толпу, и каким-то деревянным шагом направилась к стоявшему здесь же Марку. Он если и был удивлен, то хорошо умел скрывать свои чувства или просто уже справился с первым шоком.
Три шага, всего три шага до него. Давай, Ирина, выше голову…
Я подошла к другу, как можно естественнее обняла его и поцеловала. Казалось, что от страха сердце сейчас просто выскочит из груди. Через доли секунды, которые показались мне долгими минутами, Марк сомкнул на моей талии руки и ответил на поцелуй. По толпе прошел удивленный вздох. А мне захотелось заплакать, хотелось оттолкнуть парня, вырваться из чужих объятий. Потому что все это неправильно, ошибочно, лживо, лицемерно… Я стояла спиной к Нику, но его взгляд словно прожигал во мне дыру… или это у меня воображение такое богатое? Но я четко почувствовала, когда он развернулся и ушел, и только после этого Марк, выпустив меня из своих объятий и ласково улыбнувшись, прошептал:
— Идем?
Все девушки умиленно вздохнули.
В глазах друга было столько нежности, что, не знай я его, подумала бы, что он действительно меня любит, и мы самая что ни на есть настоящая парочка влюбленных. Мне еще как-то удалось растянуть губы в подобии милой улыбки, на лицо нацепить маску превосходства, усмехнуться застывшей в немом потрясении Лиане и своими ногами все же уйти с проклятого коридора.
