Я шла по Институту и улыбалась, приветливо кивая головой знакомым и стараясь не реагировать на потрясенные взгляды. А самой хотелось просто упасть и разрыдаться. Что же ты натворила, бестолочь?! Сама, своими словами, своей злостью, дурацкой гордостью… Мне хотелось развернуться, найти Ника, поговорить с ним, объяснить… Но я не могла. Точнее могла бы, наверное, но Марк, который все еще обнимал меня, упорно и настойчиво вел меня на выход из Института.
Все неправильно. Все в своей жизни я делаю неправильно. Ну почему все вокруг оказываются умнее и взрослее меня, не по возрасту, а по мироощущению. Почему Марк может понимать, что такое настоящий друг, а я — нет? Почему Ульяна со всей своей несерьезностью и увлечением интернетом, относится к этой жизни в миллион раз ответственнее, чем я?! Почему Марианна, вынужденная жить здесь, умудряется прятать все свое разочарование, справляясь со своими проблемами самостоятельно, не прося помощи, не рыдая на плече, не используя своих друзей! Как Кьяре удается понимать всех и принимать любую точку зрения? Не доказывая при этом всем и каждому свою истину в последней инстанции.
Я дернулась. Но Марк, сжав на моей талии руку, не дал отстраниться. Он притянул меня к себе, наклонился и тихо шепнул:
— Мы уже почти вышли… потерпи.
Наверное, со стороны это все казалось милым: парень с девушкой остановились и о чем-то шепчутся. Вот только взгляд у девушки был растерянный и напуганный, а парень, несмотря на то, что улыбался, смотрел на нее серьезно и немного печально.
Я постаралась вытравить из своей головы картину произошедшего. Обреченный взгляд Маруна, разочарованный Зорана, грустный Ярослава, строгий взгляд Димы и где-то понимающий Антона.
А кстати, я только сейчас вспомнила, что у Зорана была рассечена губа… неужели все-таки подрались?!
Кьяра и Марианна шли за нами. Девушки тихо переговаривались, но знать, о чем они говорят, мне совершенно не хотелось. Буквально через пару минут подальше от посторонних глаз я выслушаю все, что они обо мне думают и потребуют объяснений. Так что время до этого момента надо потратить с умом. Сделанного не воротишь. Точнее воротишь, конечно… вот только не за пять минут. Я тряхнула головой, и более уверено улыбнулась Марку.
Как же теперь объяснить друзьям свой поступок? Конечно, можно сказать, что я это сделала, чтобы заткнуть девицу, вот только друзья знают меня лучше, чем я сама себя. Да и я понимала, что сделала это не только из-за Лианы. В принципе кто она такая? Просто обиженная девушка, которая сама хотела бы оказаться на моем месте, но… не судьба. А тут такой шанс. Почему бы и не выплеснуть на меня все раздражение. И это я сообразила еще в процессе глупой ссоры, и, наверное, не полезла бы целовать Марка, если бы не одно но… Ник.
Именно ты хотел, чтобы мы были друзьями. И нечего теперь смотреть на меня так, будто я предала тебя. Получите и распишитесь! Мне надо было показать в первую очередь ему, что я не завишу от него, что это не я две недели рыдала ночами, вспоминая его. Я хотела показать, что мне все равно, что между нами ничего нет…
Не только ты, Ник, можешь играть в такие игры!
А ты уверена, что эти игры для тебя? — печально спросил внутренний голос, и я вздрогнула, так как ответ пока еще не знала.
Чтобы не сгореть в любви, надо препарировать собственное счастье.
Я сидела на диване в красиво обставленной гостиной огромного даже не дома, дворца, который принадлежал родителям Марианны.
Естественно, ни в какое кафе мы не пошли. После моего потрясающего спектакля всем требовались объяснения. Напротив меня сидел Марк, он как-то подозрительно весело усмехался и кидал на меня взгляды, в которых явно читалась искра авантюры. Кьяра, наоборот, была молчалива, сосредоточенно изучала чаинки в чашке с чаем. Самое страшное мне почему-то было смотреть на Марианну. Даже мысль о том, что мне сейчас устроит подруга, вгоняла в ужас.
— Может, хватит играть в молчанку? — поинтересовалась Ульяна.
— А что сразу я? — попыталась я изобразить невинную овечку.
— Действительно, — хмыкнул Марк.
— Ирин, по-моему, пора объяснить, что это такое было?
— Ну… я хотела заткнуть это дуру, — брякнула я.
— Ну конечно, — иронично отозвалась Марианна. — И другого способа ты не нашла? Ты уж прости, но огрызалась так, что Лиана готова была кинуться на тебя. Поверь, со словесной частью этого цирка ты справилась замечательно.
— И с показательной, кстати, тоже, — засмеялся Марк.
— Спасибо, — скромненько поблагодарила я.
— Ты думаешь, это комплимент? — сузив глаза, предостерегающим тоном проговорила Марианна.
От ответа меня спасла Кира.
— И что теперь делать? — спокойно спросила она, отставив кружку с чаем.
