– Да, и это кажется мне… странным? – неуверенно закончил Джинн, почесав в затылке. – Я не знаю, в чем тут дело. Иногда, во время наших занятий, когда Пайпер пытается испепелить меня за отсутствие педагогических талантов, ее Сила тянется ко мне, и тогда я что-то вижу и вспоминаю.
Клаудия тут же уточнила:
– Что?
– Не знаю. Все так размыто. Я видел песок… целое море песка.
– Море песка, – повторил Третий. – Что еще?
– Звездный свет. Очень много звездного света. Он просачивался сквозь раны на руках.
– Это были твои руки?
– Нет, какие-то другие, светлые. А еще там был ветер… Шквальный, кажется.
– Шквальный ветер, значит.
Клаудии показалось, будто Джинн хотел исправить Третьего. Он на секунду открыл рот, посмотрев на него, но потом отступил назад и нахмурился, как если бы неожиданно посетившая его мысль вдруг исчезла.
– Возможно, ты слышала мертвых за спиной Джинна? – предположил Третий, повернувшись к Клаудии. – Кого-то, кто раньше молчал.
– На нем нет ни одного проклятия, которое ограничивало бы голоса мертвых за его спиной, – напомнила Клаудия.
– Ни на ком нет, но ведь иногда ты слышишь тех, кто раньше молчал.
Клаудии не понравился взгляд Третьего: она видела в нем надежду, словно тот просил ее постараться и услышать наконец и за его спиной голоса Гилберта или Розалии, чтобы он узнал, мертвы ли они на самом деле. Да, она действительно порой слышала мертвых, которые раньше почему-то молчали, но была уверена, что сегодня это говорили не те мертвые, которых она изредка слышала за спиной Джинна. Те шептались на незнакомом языке и пронзительно кричали. Ей не нужно было знание их языка, чтобы понять, что они кричат от боли.
– Это что-то другое, – настояла Клаудия, сведя брови.
– Но тебе придется проверить его.
Джинн опустил плечи.
Проклятия – это ужасно, но у некоторых оно было не таким пугающим, как у Клаудии. Стелла перевоплощалась в волчицу, по поведению больше похожую на домашнюю собачку, а Эйкен умел общаться с тенями и подчинять их себе. Черные губы Клаудии, окрашенные проклятием, и голоса, что она слышала, никогда не казались ей более страшными, чем у ее товарищей, но окружающие, не знавшие ее достаточно хорошо, думали иначе.
– И когда начнем? – смиренно спросил Джинн, посмотрев на нее исподлобья.
Как будто он не знал, что она могла уже сейчас изучать голоса за его спиной. Проклятие Клаудии не требовало подготовки.
– Когда будешь готов.
Девушка могла бы выложить все как на духу, ничуть не смущаясь из-за грязных секретов, которые растрепали мертвые, но с Джинном она никогда не позволила бы себе быть настолько грубой. К встрече с голосами прошлого, которые, возможно, кроются за его спиной, – или же к отсутствию этих самых голосов – маг был не готов, и Клаудия это знала.
– Ко мне вот-вот придет Пайпер, – задумчиво произнес Джинн.
– Тогда какого ракса ты здесь? – мгновенно оживился Третий.
– Да она же от голода с ног валилась! – всплеснул руками маг. – Я отправил ее на кухню, чтобы она поела. Если бы она завтракала, а потом шла к Магнусу, она бы мне все книги заляпала!
– Часть из них мои, – сведя брови, заметил Третий.
– А еще ты просто хочешь, чтобы Пайпер принесла тебе что-нибудь. Сальватор на побегушках – это что-то новое, – произнесла Клаудия.
– Уж простите, что я никогда не обучал юных девиц.
– Кажется, она говорила, что ей восемнадцать.
Замечание Третьего было неуместным, особенно с его точки зрения, потому что у великанов восемнадцать лет – это только самое начало жизни, время, когда они впервые задумываются о том, чего могут хотеть.
– Она же еще совсем маленькая, – возмущенно продолжил Джинн, сложив руки на груди. – Наверное. Мне так кажется. Клаудия, солнышко, тебе сколько?
– Двести двадцать.
– Убери свои жалкие двести, они тут у каждого второго есть. Ты тоже еще слишком маленькая. Наверное…
– Не подкрадывайся со спины, – не поднимая глаз от пергамента, произнесла Клаудия.
Арне гулко расхохотался, обошел стол и беззастенчиво запрыгнул на него.
– Ты вообще в курсе, что творишь? – зашипела она, пытаясь выдернуть из-под него стопку писем. – Я должна написать все ответы к утру!
– Им не нужны ответы, – ответил сакри, склонив голову набок. – Когда на празднестве аж два сальватора, ответы – это лишняя морока.
– Хочешь сказать, даже Рафт отправят представителя?
– Предполагаю.
Клаудия выругалась и прислонилась к спинке стула. Она не желала видеть представителей семьи Рафт, потому что знала, как Магнусу будет тяжело. Но обычно Арне не ошибался в своих предположениях, и это тревожило. Клаудия перевела взгляд на темноту за окном и на секунду прикрыла глаза.
Омага была самым северным городом Диких Земель, который им удалось превратить во что-то стоящее и приличное. Элва тоже могла считаться северным городом, но там особая атмосфера. Там не темнело так рано, как в Омаге, и изредка выпадавший снег таял намного быстрее. Сейчас стояла глубокая ночь, и за окнами горели только дворовые фонари да некоторые сигилы на каменных стенах, слышались шаги стражников, стоявших на посту, и слуг. В этой части дворца почти все спали, кроме Клаудии и Третьего.
