Пока саттардец обдумывал мою глубокомысленную фразу, я потихоньку отбуксовал его к выходу. Вслед нам донеслось удивленное:
– Стефы?!
Я не удостоил вампира ответом.
– Подождите! Вы что, собрались им за переход платить?
Мне удалось-таки пропихнуть Динеша в дверь. Я молча протащил его через террасу под удивленными взглядами хагов, доедавших десерт. Дощатый пол затрещал под шагами вэазара.
– Сколько они с вас запросили?
Мы соскочили со ступенек и вклинились в кучку покупателей у ближайшей палатки.
– Двадцать бериллов? Тридцать?
– Сорок! – буркнул я. – Вы теперь отвяжетесь?
Быть может, вэазар и ответил бы положительно, но ему не предоставили такой возможности. Толпа вокруг вдруг закишела знакомыми уже синими мундирами. Стеф-вампир с глазами, отливающими бронзой, подступил к Ла Керту:
– Прошу вас следовать за мной.
Верзила нахмурился:
– А в чем дело? Сейчас очень неподходящий момент: у меня важное дело, и…
Мужичок в изумрудной форме хранителей порядка протиснулся вперед:
– Дела, именем закона, придется отложить. Главный полицмейстер округа незамедлительно требует экспертизы вэазара. У меня есть полномочия доставить вас в управление. Мы очень надеемся, – изумрудный сделал ударение на очень, а стефы – на арсенал у себя за плечами, – что вы согласитесь сотрудничать, именем за…
Конца фразы я не расслышал. Воспользовавшись моментом, Динеш поволок меня в сторону кожевенного ряда. Вэазар с высоты своего роста еще метал орлиные взгляды в нашу сторону, но вскоре я потерял его из виду.
– Где ты шлялся? – таков был первый вопрос Динеша, когда между нами и вэазаром оказалось достаточное количество переполненных покупателями рядов. – Я же сказал: сиди смирно!
– В няньках не нуждаюсь, – огрызнулся я.
Если бы не требование исуркхов, саттардец, наверное, прибил бы меня на месте. Но живым я представлял большую ценность, и экс-пилот ограничился тем, что дернул меня за собой и потащил к далану стеф-вампиров.
– А вэазара этого ты где нашел? И что за загадочное дело у него к тебе было? – не отвязывался Динеш.
– Во-первых, это Ла Керт меня нашел, а не я его. А во-вторых, это самое дело – не твое. Кстати, усатый дал нам взаймы?
– Нам?! – саттардец притормозил и воткнул меня в угол между выступом палатки зеленщика и боком фургона, с которого бойко шла торговля какими-то бурыми то ли фруктами, то ли овощами. – Слушай меня внимательно,
– И что?! – я даже на цыпочки приподнялся, чтобы не смотреть на братца-пилота снизу вверх – настолько «Пушок» этот мне встал поперек горла. – Распылишь меня на атомы?!
– Нет, – криво усмехнулся Динеш, пихнув меня к фургонной раме, – раздобуду у кузнеца цепь попрочнее, прикую тебя к себе, а ключ спрячу там, куда ты нос сунуть не догадаешься.
Пренебрежительное отношение к моим умственным способностям достало не меньше импровизации на тему моего «легкого» имени:
– А кузнецу чем заплатишь? – повторил я ухмылку притеснителя.
– На этот счет не беспокойся, – хихикнул саттардец. – Цепи и вампиры куют.
Мне поплохело. Очевидно, мой зеленый вид удовлетворил Динеша, он ослабил хватку, и я этим мгновенно воспользовался. Приемчику этому я выучился у одного хмыря в летнем лагере: скользящий шаг в сторону, захват, и вот уже пилот без крыльев уткнулся носом в пыльную ткань палатки, шипя от боли в заломленной за спину руке.
– Давай начистоту, – заявил я, поглядывая по сторонам: к счастью, пока никто не обращал на нас внимания. – Я тут с тобой валандаюсь только ради Машуры. Все-таки она мне жизнь спасла. Если б не она, я бы давно волчок крутанул и был таков. Так что напряги слух…
Динеш рыча дернулся, но я только сильнее выкрутил его руку, и рык сменился сдавленным стоном.
– Тихо-тихо, а то вывих тебе обеспечен. Будет больно, да и факаром потом не очень помашешь… Так вот, план такой. Мы мирно возвращаемся к этому задроту стефу, отправляемся на Запад, забираем Машуру, а там наши дорожки разбегаются. Причем делаем мы все это в темпе вальса, потому что я не хочу объясняться еще и с ЭРАДом. И не советую тебе больше давить авторитетом – у меня на него аллергия. Все ясно?
Саттардец невнятно хрюкнул в полотнище палатки, на котором его рожа оставила светлые полосы там, где я стер ею пыль. Я усилил нажим:
– Чего?
– Ясно, – сквозь зубы прошипел бывший пилот.
– Да, и никаких там «пушков», – вспомнил я. – Лиан меня зовут. Повтори.
– Ли… ан, – выдохнул Динеш, и я выпустил его руку.
Вид у саттардца был темный – причем буквально. Он отер рукавом грязные разводы со щек, но муть в глазах осталась. Они так и говорили: «Вот погоди, сестру вернем, и…» Видно, на мое возвращение в Средний мир он раскошеливаться уже не собирался. Ни слова не говоря, парень повернулся и начал пробираться сквозь базарную толчею. Я попер за ним.
