– Сгорела-сгорела, – донеслось брюзгливо от окна, – уже года два назад. Вот такие вот обормоты курили, да окурок и бросили!
Ничего себе ириска! Я знал, что Ноал и без Торбука был в этом мире на многое способен, вспомнить хотя бы бладхаундов. Но все-таки целехонькая водокачка с Черноиваном – это уже не просто визуалы, это уже прям какая-то 3D-графика получается…
На этом интересном месте кто-то поскреб меня за рукав.
– Лиан, а… куда мы едем? – Голос у Машуры был виноватый, она смотрела на меня глазами не выгулянного спаниеля.
– В Питер, – буркнул я, отводя взгляд. Чуть подумал и пояснил: – В большой город.
– Это там ты встретил, – она оглянулась по сторонам и прошипела мне в шею, – дракона Женетт?
Я проворчал что-то нечленораздельное, надеясь положить этим конец разговору. Но не тут-то было:
– Лиан, скажи, а ты Ноалу волчок отдал потому, что хотел, – хватка цепких пальчиков на моем рукаве усилилась, – меня спасти?
Я не удостоил чудо в тапках ответом.
– Нет, ну правда, ты думал, что я попала к нему в лапы? И поэтому рискнул всем?
– Что ты хочешь услышать? Что я остолоп? Теперь довольна? Может, оставишь меня в покое?!
Электричка затормозила на подходе к станции, и я тяжело плюхнулся на освободившееся сиденье. Примостившись на лавке напротив, Машура уставилась на меня влажными глазами:
– Ой, Лианчик, ну прости меня, а? Пожалуйста. Я была такой дурой! Я же ведь не знала…
Между нами протолкались чьи-то ноги, набитая картошкой авоська на миллиметр разминулась с моим носом.
– Понимаешь, я вышла в сад, а там зверь, – поспешила продолжить спутница, переждав авоську. – Я думала, поймаю его, зажарим… Только он пронырливый оказался, и я заблудилась. Там все дома такие похожие… А потом я нашла ларек…
В голове у меня забрезжила догадка:
– Погоди-погоди, какой зверь?
Машура смешно наморщила носик:
– Ну, я не знаю. Белый такой, пушистый, с черными пятнами, – и она изобразила руками подобие крупного батона.
– Кот, что ли? – подозрительно уставился я на девушку.
– Наверное, – пожала та плечами. – Да какая разница? Все равно я дура самонадеянная…
Вот правду говорят, в любой ситуации можно найти светлую сторону. Ведь удайся Машуре поимка «зверя», и не избежать мне угощения кошачьими котлетами. Хотя, может, котлетки-то из Ноала были бы?
– Маш, запомни две вещи, хорошо? – поймав заинтересованные взгляды соседей по «купе», уже некоторое время прислушивавшихся к разговору, я попробовал перейти на язык Среднего мира. К моему удивлению, это с легкостью получилось. – Во-первых, кошек у нас не едят. Во всяком случае, без крайней необходимости. Во-вторых, демиург хренов нас обоих развел, как детей малых. Так что давай не будем выяснять, кто виноватее, и подумаем, как быть дальше.
– Это и была крайняя… – насупилась девушка, но тут же просияла. – Значит, ты на меня больше не сердишься?
– Был бы с этого толк! – Бурчание в животе завершило утверждение восклицательным знаком. – Слушай, а у тебя пирожка там еще не осталось?
Пока я уминал последний из добытых Машурой шедевров толмачевской кулинарии, охотница на котов заваливала меня вопросами о… да, в общем, обо всем, на что падал ее взгляд. Кто управляет электричкой? Что такое электричество? Можно ли на нем летать? Как делают пирожки? Откуда берется капуста? Почему нельзя питаться кошками, а пирожками – можно? Девушка напротив через проход – вампир? А почему тогда у нее такие черные когти?
Пришлось основательно перетрясти свои познания в области физики, сельского хозяйства и секретов национальной кухни, переходя на русский, когда в рокханском не находилось подходящих слов. Обсудили мы и тему нашего неожиданного полиглотства – правда, пирожок к тому времени давно уже был уничтожен. Почти не споря, сошлись на том, что полеты между вселенными каким-то образом наделяют путешественников знанием языка мира назначения, хотя и родная речь при этом не забывается. В качестве эксперимента я поинтересовался:
– Do you think you can live in this world? I mean, if we never get you back?
Машура чуть призадумалась и вдруг выдала с американским акцентом:
– I think, I can live anywhere, if only I am sure, that my home world as I know it is still there.
– Жесть! – Я подпрыгнул на скамейке, на меня зашикали, и я спросил уже более спокойно. – А по-китайски тоже можешь?
– Оу джень шагуа! – заявила девушка и пнула меня тапком. – Давай лучше думать, как разыскать дракона Женетт!
– А зачем Женетт? – не понял я. – Волчка-то у нас все равно нету.
– Вот шагуа ты и есть, – тряхнула растрепанной шевелюрой Машура. – Да она единственная, кто может нам помочь!
– С чего ты взяла? – Я переждал очередной отлив пассажиров и пересел на лавочку рядом с моей спутницей – так ей пинаться не с руки будет, точнее, не с ноги. – Может, Ла Керт забыл тебе рассказать, что госпожа ваша Средний мир от скуки бросила? И Торбук всучила первому встречному, чтобы от проблем избавиться?
