Наше появление встретили потрясенно, проводили внушительную фигуру волвека взглядами до катера. Я обернулась и нашла в числе переминающихся неуверенно академиков только что подошедшую подругу Лиммы, Тамику. Явно торопилась на торжественную посадку «Тор–а–мира» и вернулась с полдороги.
– Директор Гимир находится в тяжелом состояни из–за внешнего недружественного воздействия. Ему очень плохо, – коротко сообщила я ей через головы прочих. – По моей оценке – препарат атро–группы и глубокое внушение. Посмотри, но наверняка срочно под капельницу и надолго. В его–то возрасте.
Кто–то охнул, и группа наконец решительно двинулась с места.
Катер поднялся и нацелил нос на «Тор–а–мир». Домой.
Лайл уже лечил, и вполне успешно. А я беззлобно сердилась на Риана. Мог все решить без нас, наверняка. Но это на него похоже: я намекну, а вы уж разбирайтесь сами. Позволил заговорщикам чудить по полной и создал, по его мнению, для госпожи Энзи отличный вариант знакомства с окончательным мужем.
Лимма зашевелилась, тяжело задвигала непослушными руками, промассировала лоб и виски. Плохо понимая происходящее, осмотрелась и совершенно недоуменно осознала себя на коленях у Лайла, того самого вполне живого волвека, которого она увидела на экране монитора впервые во время несанкционированного сеанса связи с Хьёрттом. Не расстроилась, надо признать, ничуть.
– Тетушка, лихо ты свою помолвку проспала, – захихикала я, переводя катер на автопилот. – Лайл сказал, что ты его жена и не должна шляться невесть где в дурном обществе. А в нашей стае железная дисциплина.
– Он прав! – неожиданно покладисто кивнула Лимма. – Хуже всего быть одинокой львицей в диком обществе людей. Сама защищайся, сама на охоту, сама детенышей воспитывай, добычу отстаивай… Ухожу в волчицы. Пусть Акадом Тиэтро руководит, надоело. У стаи сто семьдесят шесть детей, включая грудных, и все – одаренные. А я отменный детский лекарь. И наставница вроде неплохая.
– Еще три десятка нерожденных в инкубаторах, и женщины настроены очень решительно на пополнение нашей общины, – довольно пророкотал Первый. – Как трудно не сломать никому спину, ну уж сильно противные они там. И хлипкие. Риан просил не срываться, а это тяжело. Лимма, душа моя, ты в курсе правил общины? Насчет шлейфа, это прямо срочное дело – несолидно вожаку быть несемейным при замужней дочери и внуке. Уже почти при трех внуках, если разобраться, Рилочка–то, гордость моя рыженькая, как отцу угодила…
Моя тетка послушно кивнула. Ну надо же, есть и те, с которыми она не спорит… И понятно, Акад уже построен, там ей скучно и душно: зависть, интриги, бюрократия. А в стае все одаренные, совершенно новый материал для работы, неожиданные перспективы. Дети с полноценным даром – вообще дело небывалое, их надо не только изучать, но и растить, неравнодушно и грамотно. И, само собой, здесь Лайл. А еще Рила, они последние дни много разговаривали, им вдвоем интересно.
Мы вернулись на побережье, очень удачно пропустив официальную часть, которую пришлось вместо вожака вести Ринку. Подозреваю, никто и не заметил подмены, для лишенных дара волвеки, которых сегодня видят вживую первый раз, на одно лицо. Зато мы успели на праздник. Был фейерверк, танцы, устрашающее обилие всевозможной еды.
И очередной конфуз. Волвеки с удовольствием ели на корабле синтетический белок, имитирующий мясо, и отказались поголовно от белка натурального. Обычное дело для ярко одаренных, мы тяжело воспринимаем смерть во всех ее видах. «Тонкая духовная организация,» – притворно вздыхали наши айки, с восторгом наблюдая ужас на лицах окончательно раздавленных мастеров протокола: шашлык семнадцати сортов, на любой волчий вкус, лежит и стынет нетронутый.
А подначиваемый женой Йялл уже привычно задирает Ринка из–за быстро ставшей дефицитом клубники со сливками…
Праздник длился до утра. После бессонной ночи волвеков стали приглашать и развозить в гости. Они же остро модные, весьма декоративные и диковинные. А уж высший шик – заполучить еще и волчицу на торжество, к огорчению всех прочих дам. Полторы сотни наших разлетелись по Релату с управителями и знатью, не понимающими еще своего легкомыслия. Эл заранее отобранных «агентов» пять дней на корабле коварно инструктировал, демонстрируя портреты «жертв» и подробно уточняя их привычки и слабости. Он детально и почти нудно расписал – кому, куда и с кем лететь, что просить и выторговывать для стаи у временно беспечных и щедрых напоказ управителей и князей, как на месте фиксировать договоренности. Декан Эллар хоть и айк теперь, но все равно отменно практичный и – куда без этого – опытный интриган…
