В качестве единственного «вознаграждения» от держав-победительниц за вклад в победу над Наполеоном Испания получила часть о. Санто-Доминго (переданную Испанией Франции в 1795 г.), однако власть Мадрида там оставалась номинальной: еще в 1791 г. во французской части острова началось восстание негров-рабов, а в 1804 г. там было провозглашено независимое государство Гаити, в 1822 г. захватившее весь остров. В 1844 г. в бывшей испанской части острова была провозглашена независимая от Гаити Доминиканская республика.
Вернувшись весной 1814 г. в Испанию, Фердинанд VII сразу же отменил конституцию 1812 г. и все законодательство Кадисских кортесов. Реставрация абсолютизма в Испании предполагала возвращение к довоенным порядкам не только в метрополии, но и в колониях. Однако если в самой Испании ситуацию удалось стабилизировать при помощи репрессивного курса, то в далеких заокеанских владениях даже силой достичь восстановления власти испанской короны было нелегко — ослабленной войной против французов метрополии не хватало людских, материальных и военных ресурсов. Все свое правление Фердинанд VII безуспешно пытался справиться с развалом империи.
Хотя международная обстановка (принципы легитимизма и «равновесия», заложенные Венской системой, и «братства» монархов в Священном союзе), казалось, способствовала восстановлению власти Испании в ее колониях, среди великих держав не было единства по этому вопросу. Великобритания более других была не заинтересована в этом, хотя и проводила двойственную политику: Лондон предлагал Мадриду посредничество в разрешении конфликта с восставшими колониями взамен на торговые преимущества, одновременно негласно помогая повстанцам в Америке.
Великобритания и США начали активнее помогать мятежникам, и в 1816 г. борьба в колониях разгорается с новой силой. Теперь «центр тяжести» конфликта сместился на юг, в вице-королевство Рио-де-ла-Плата, которое провозгласило независимость «Соединенных провинций Южной Америки» в июле 1816 г. Впоследствии от них отделились Парагвай и Уругвай. Последний был сразу же оккупирован Бразилией, а независимость обрел лишь в 1828 г. Созданная в «Соединенных провинциях Южной Америки» освободительная армия перешла Анды в 1817 г. и вошла в Сантьяго-де-Чили, где была провозглашена независимая от Испании республика.
В Новой Гранаде также шла ожесточенная борьба между патриотами и войсками, прибывшими из метрополии. В итоге сопротивление роялистов было сломлено — в 1819 г. Симон Боливар стал президентом так называемой «Великой Колумбии», объединявшей территории современных Колумбии, Венесуэлы и Эквадора. Ослаблением Испании в Новом Свете поспешили воспользоваться США. Они оккупировали Флориду и добились от Мадрида ее формальной передачи Вашингтону.
К 1820 г. положение в Испанской Америке было критическим: верность испанской короне сохраняли лишь Перу, Новая Испания и Антильские острова. Фердинанд VII безуспешно пытался заручиться поддержкой великих держав и получить от них военную помощь. В итоге остался единственный вариант — подготовить военную экспедицию, чтобы своими силами подавить восстания в колониях. Для отправки в Америку экспедиционная армия собиралась на юге Испании, в окрестностях Кадиса — колыбели и символа первой испанской революции.
Моральный настрой солдат и офицеров не был боевым, многие устали от войны и не верили в победу. К тому же масонские ложи уже давно распространяли либеральные идеи среди испанского офицерства, недовольного режимом Фердинанда VII. 1 января 1820 г. подполковник Рафаэль де Риего провозгласил конституцию 1812 г. в Лас-Кабесас-де-Сан-Хуан, недалеко от Кадиса. Солдаты поддержали восстание, а правительство упустило время для его подавления. Вскоре Кадисскую конституцию провозгласили и в других испанских городах. Королю не осталось иного выхода, как присягнуть конституции и созвать кортесы. В Испании начался период так называемого «конституционного трехлетия» (1820–1823).
Выступление Риего исключило последнюю возможность силой подавить восстания в колониях, а либеральные правительства «конституционного трехлетия» потеряли последнюю опору в Америке: их реформы, подрывавшие влияние аристократии и церкви, заставили многих местных роялистов окончательно отвернуться от метрополии.
