В этих условиях Мадрид не мог обеспечить защиту и сохранность своих колоний. Но помимо внутриполитической нестабильности в метрополии колониальная проблема зависела и от международных факторов. Неспособность Испании покончить с войной на Кубе, осложнявшей торговлю острова с США; раздражала Вашингтон. Американцы начали оказывать кубинским повстанцам помощь оружием и снаряжением. 30 октября 1873 г. испанцы захватили американский пароход «Вирджиниус», перевозивший оружие кубинским инсургентам. Корабль был доставлен на Кубу, а после быстрого суда капитана, часть экипажа и пассажиров казнили по обвинению в пиратстве. Среди погибших были американские граждане и английские подданные, их казнь вызвала негодование Вашингтона и Лондона. Лишь к концу года кризис удалось уладить дипломатическим путем.
В самой Испании к управлению государством вновь вернулись военные. Они подавили «кантональную революцию», одержали ряд побед над карлистами. Республика все больше опиралась на армию, а среди военных было много сторонников Альфонса, сына Изабеллы II. 1 декабря 1874 г. находившийся в Англии Альфонс опубликовал манифест, в котором высказался за установление в Испании конституционной монархии и заявил, что считает себя испанцем, католиком и истинным либералом. Ответом на этот манифест стало очередное восстание военных, провозгласивших инфанта королем Испании Альфонсом XII.
Реставрация монархии вернула Испании внутриполитическую стабильность и сопровождалась военными победами. В феврале 1876 г. полным разгромом карлистов закончилась Третья карлистская война, а в феврале 1878 г. завершилась Десятилетняя война на Кубе. Правда, отношения метрополии с Кубой оставались достаточно сложными: в 1879 г. в колонии вновь вспыхнуло восстание, которое было подавлено в следующем году (так называемая Малая война за независимость Кубы).
Несмотря на достигнутый социальный мир, положение Испании и ее колоний оставалось неустойчивым в сложных международных условиях последней трети XIX в. Обострившаяся борьба великих держав за новые колонии изолировала Испанию на международной арене. С одной стороны, Мадрид не мог самостоятельно защитить свои заокеанские владения — «лакомый кусок» для более развитых и сильных держав. С другой стороны, испанцы обоснованно опасались любого союза с более мощным государством ради сохранения «осколков» империи. Ведь за подобный союз, покровительство и защиту, возможно, пришлось бы расплачиваться теми же самыми колониями. Судьба старинной Испанской империи, наследницы Великих географических открытий, готовой отметить свой четырехсотлетний юбилей, в эпоху империализма и «Realpolitik» была предрешена.
Симптоматичным в этом отношении стал испано-германский кризис из-за Каролинских островов. В августе 1885 г. немцы высадились на о. Яп и объявили его германским владением. Отношения между странами оказались на грани разрыва, но в итоге кризис был улажен. Хотя острова и остались испанским владением, Германия получила там торговые преимущества.
Как бы то ни было, слабая в военном отношении Испания все же приняла скромное участие в колониальном разделе Африки. Летом 1880 г. в Мадриде состоялась международная конференция, посвященная Марокко, участники которой договорились о том, что обладают равными преимущественными правами в султанате. После Берлинской конференции 1884–1885 гг., на которой обсуждался «раздел Африки», Испания начала колонизацию Западной Сахары (Рио-де-Оро) и территории современной Экваториальной Гвинеи (Рио-Муни).
25 ноября 1885 г. Альфонс XII скончался. Его супруга Мария-Кристина, ожидавшая ребенка, была провозглашена регентшей королевства. Именно в ее правление Испания потеряла свои последние заморские владения.
В 1895 г. на Кубе вновь вспыхнуло восстание, в следующем году началось восстание на Филиппинах. Премьер-министр Испании Антонио Кановас дель Кастильо попытался силой подавить восстание, но в августе 1897 г. был убит итальянским анархистом. Новый премьер-министр Пракседес Матео Сагаста выбрал путь переговоров: он предложил Кубе и Филиппинам широкую автономию, но было уже слишком поздно — в конфликт метрополии с колониями решил вмешаться Вашингтон.
США уже давно мечтали завладеть Кубой, «жемчужиной Антильских островов», которая была в свое время крупнейшим в мире производителем сахара и одним из главных заморских источников пополнения испанской казны. Аннексионистские устремления США были обоснованы еще в 1820-е годы в так называемой «теории зрелого плода», сформулированной госсекретарем Джоном Куинси Адамсом: когда Куба «созреет», она отделится от Испании и «упадет» в руки США. Впоследствии Вашингтон неоднократно предлагал Мадриду выкупить остров, а во время Десятилетней войны за независимость Кубы американцы начали помогать кубинским повстанцам.
