Основную массу населения составляли различные прослойки общинного крестьянства. В связи с оформлением бюрократической структуры общества произошло превращение крестьянина в государственно-тяглового земледельца.
Во Вьетнаме, несмотря на развитие частнособственнических тенденций в среде господствующего слоя и деревенской верхушки в XVII–XVIII вв., решающую роль играла государственная земельная собственность.
Структура общества определяла положение ремесла и торговли. Индивидуальное ремесло находилось под жестким контролем со стороны государства. На основе трудовой повинности создавались государственные мастерские. Государство контролировало внутреннюю торговлю, определяя списки товаров, обращавшихся на рынках, фиксируя цены на них, устанавливая внутренние таможенные пошлины. Над внешней торговлей был установлен контроль, целью которого было изолировать жителей приморских районов от контактов с иностранцами и обеспечить внешнеторговую монополию на важнейшие продукты экспорта.
Во второй половине XVII — 70-х годах XVIII в. развитие частной земельной собственности в разнообразных формах привело к ослаблению механизма государственно-феодальной системы и контроля государства над общиной. Этот процесс происходил на фоне раскола страны на Север и Юг во главе с кланами Чиней и Нгуенов при сохранении номинальной власти императоров династии Ле и ожесточенных социальных конфликтов, выливавшихся в невиданный в истории страны взрыв крестьянских бунтов, в волнения горных племен, выступления столичных войск в 30-60-е годы XVIII в. Высшей точкой кризиса явилось восстание тэйшонов (1771–1802).
Это самое мощное в истории доколониального Вьетнама народное движение началось в районе Тэйшон в северной части южного государства Нгуенов и с первых же дней приобрело массовый и радикальный характер. Коррупция чиновников, рост налогов и ослабление центральной власти, не прекращавшаяся после 1765 г. борьба соперничавших группировок при дворе вызывали у населения юга страны сильное недовольство.
Восстание возглавили три брата Нгуены, однофамильцы династии, правящей на юге страны. После захвата дельты Меконга с центром в Сайгоне (1778) и физического уничтожения почти всех членов правящей династии[18] в 1786 г. тэйшоны начали поход на север и после взятия столицы Хюэ продолжили наступление на владения Чиней и захватили их центр Тханглаунг (Ханой). В 1788 г. самый талантливый из братьев Нгуен Хюэ, ставший императором (1788–1792) после смерти старшего брата, отразил попытку Китая восстановить власть Чиней. После почти двухвекового разделения Вьетнам был вновь объединен.
Спасшийся принц Нгуен Ань, нашедший убежище в Сиаме и заручившийся поддержкой французов, в августе 1787 г. высадился на Юге, где объединил противников тэйшонов, движение которых претерпело обычную для крестьянских восстаний в рамках феодально-бюрократической (китайской) модели трансформацию — воссоздание этой модели. В 1799 г. пала главная цитадель тэйшонов — крепость Куинён, а вслед за тем войска Нгуен Аня двинулись на север и в 1802 г. после взятия Хюэ и Тханглаунга подавили восстание. Почти тридцатилетняя крестьянская (и одновременно гражданская) война тэйшонов дает пример разрешения кризиса бюрократически-феодальной системы посредством массового социального движения, в результате которого объединенный, моноэтнический Вьетнам воссоздал привычный социально-политический механизм.
Буддийский мир Индокитайского полуострова — Бирма и Сиам, а также Камбоджа и Лаос, равно как исламский Матарам на Центральной и Восточной Яве, развивались в рамках социально-политической системы, которую можно назвать государственно-патриархальной.
Здесь структурообразующим элементом отношений также выступала управленческая функция, но наряду с ней значительную роль играли связи группового (кланового) характера, обусловливавшие относительную самостоятельность по отношению к государству феодалов на местах; более стойкое, чем в феодально-бюрократическом типе, сохранение наследственного характера должностей, титулов, владений, особенно в средних и низших звеньях. В основе государственного механизма лежали иерархические отношения центра с самодовлеющими высоко автономными единицами, по «вертикальной» линии обеспечивавшиеся прямыми и личными связями между центром и носителями власти на местах.
Аппарат управления состоял из лично зависимых от монарха дворцовых служащих, его родственников, друзей или связанных с ним узами личной присяги и верности (в той или иной форме) феодалов-чиновников на местах, как правило, передававшихся по наследству.
