Мирные действия полностью

– Хм, – граф подавил улыбку. – Наверное, тебе лучше знать. – Он поколебался. – Твоя тетя Элис устроила нам подробный, шаг за шагом, разбор твоего званого ужина. С комментариями. Она особо настаивала на том, чтобы я сказал тебе: она… – в голосе отца Майлз услышал интонации своей тети, – «надеется, что, проигрывая другие сражения, ты не бежал с поля боя так же, как это сделал прошлым вечером».

Ах да, верно. Зачистка территории осталась на долю его родителей. – Но у меня не было бы шанса попасть под смертельный выстрел в столовой, останься я в арьергарде.

Его отец приподнял бровь. – Избежав таким образом трибунала?

– Так всех нас в трусов превращает мысль, – с выражением продекламировал Майлз.

– Я вполне на твоей стороне, – произнесла графиня, – поэтому это зрелище меня весьма встревожило: симпатичная женщина, которой ты только что предложил выйти за тебя замуж, убегает в ночь с воплями – или по меньшей мере, ругаясь. Хотя тетя Элис сказала, что ты практически не оставил молодой леди никакого выбора. Трудно сказать, что ей еще оставалось, кроме бегства. Разве что, думаю, раздавить тебя как жука.

При слове «жук» Майлз съежился.

– Как же плох… – начала графиня.

– Насколько я рассердил ее? Кажется, просто ужасно.

– На самом деле я хотела спросить, насколько неудачным был предшествующий брак госпожи Форсуассон?

Майлз пожал плечами. – Я немного видел. Но из ее недомолвок я заключил, что покойный Тьен Форсуассон, о чьей смерти рыдать не стоит, был одним из таких коварных и беспощадных паразитов, из-за которых супруги вцепляются себе в волосы с вопросом «Я схожу с ума? Это я схожу с ума?». – Ха, а вот если она выйдет замуж за Майлза, подобных сомнений у нее не будет.

– А-а, – понимающим тоном произнесала мать. – Один из этих. Да. Я знавала таких раньше. Появляются они, кстати, во всем мужском блеске. Но могут понадобиться годы, чтобы избавиться от того душевного смятения, которое остается у тебя после такого типа.

– Но у меня нет столько времени в запасе, – возразил Майлз. – И никогда не было. – Мгновенная вспышка боли во взгляде отца заставила его тут же захлопнуть рот. Ладно, кто знает, сколько лет осталось Майлзу в его второй жизни. Может быть, после криооживления отсчет начался заново? Майлз еще сильнее сполз со стула. – Черт побери, я же знал. Я слишком много выпил и запаниковал, когда Саймон… я никогда не хотел вот так заманить Катерину в ловушку. Это был дружеский огонь…

Чуть помедлив, он продолжил: – Видите ли, у меня был великий план. Я думал, все можно решить одним блестящим ударом. У нее настоящая страсть к садам, а муж оставил ее практически без средств. Я полагал, что одновременно помогу ей начать карьеру, о которой она так мечтала, окажу ей некоторую финансовую поддержку, буду иметь повод почти ежедневно видеться с ней и получу фору среди конкурентов. Да когда я проходил по гостиной Фортицев, мне пришлось просто расталкивать вздыхаюших по ней мужчин…

– Чтобы самому заняться тем же самым в ее комнате, да? – сладко переспросила его мать.

– Нет! – вскричал уязвленный Майлз. – Чтобы обсудить с ней работы по саду – я нанял ее, чтобы разбить сад на участке рядом с домом.

– Ах вот что это за кратер, – сказал отец. – В темноте, из машины, выглядело так, будто на особняк Форкосиганов скинули бомбу, но промахнулись. Я удивился, почему нам никто об этом не доложил.

– Это не кратер. Это – сад в котловине. В нем только… только пока нет растений.

– У него очень приятные очертания, Майлз, – успокоила его мать. – Я сегодня днем вышла на улицу и обошла его весь. Ручеек действительно очень симпатичный. Напоминает мне о горах.

– Именно таков и был замысел, – ответил Майлз, делая вид, что не слышит отцовского бормотания »… после бомбового налета цетагандийцев на партизанские позиции…».

Тут Майлз резко выпрямился во внезапном ужасе. Кое-какие растения там были…

– О, Боже! Я так и не пошел смотреть на ее скеллитум! Вместе с Айвеном пришел лорд Доно – тетя Элис объясняла вам, кто это? – и я отвлекся, а затем было пора идти в столовую, и потом не было никакой возможности. Кто-нибудь полил…? О, черт, неудивительно, что она рассердилась. Я дважды покойник…! – его снова поглотила пучина отчаяния.

– Так, позволь мне поставить все на свои места, – медленно произнесла графиня, бесстрастно разглядывая его. – Ты выбрал эту беспомощную вдову, с трудом пытающуюся впервые в жизни встать на ноги, и повесил перед ней, словно позолоченную приманку, перспективу карьеры – просто чтобы привязать ее к тебе и не дать ей заводить других романов. – Это выглядело немилосердно жесткой формулировкой.

– Не… не только, – выдавил Майлз. – Я попытался оказать ей услугу. Я никогда не предполагал, что она бросит… этот сад был для нее всем.