На лице мага читается замешательство, сменившееся мгновением торжества, когда еще один шар отправился в мою сторону. Уклониться возможности не было, но этого и не потребовалось. Плавным движение вскидываю клинок, образуя перед собой наклонную поверхность, по которой шар просто соскальзывает, не «взведясь» и уносится в сторону очередной постройки. И вот сейчас, когда вся абсурдность ситуации и неправильность происходящего достигают разума престарелого волшебника — на его лице проступает страх…
— Кто…? Кто ты такой?! — Задыхаясь, он пятится назад, теряя при этом концентрацию и заставляя магическое поле несколько раз мигнуть, от чего оно едва не развеялось.
— Святой. — Ответ прозвучал абсолютно спокойным и безразличным голосом. Если бы не царившее вокруг безумие — можно было бы решить, что я просто подсказываю мужчине как пройти в библиотеку.
— Какой к черту святой?! — Взревел старикан, выпуская странные приспособления из рук и начиная творить очередное колдунство.
Все его планы рассыпались прахом, как только меч, совершенно не ощущая сопротивления магического поля, пронзил его горло. Удивление, неверие в происходящее, обреченность, бессильная злость… Все это читалось в его глазах, покуда легкие наполнялись хлещущей кровью и жизнь медленно покидала тело. И вся эта эмоциональная палитра резко сменилась ужасом, как только его слуха достигли слетевшие с моих уст слова приказа.
— Бригадир, забери его душу. — По лезвию клинка, все еще пронзающего старика, пробежали едва заметные всполохи.
Глава 69. «Кровь, кишки, распил Дорасила»
Где-то на фоне раздался рев очередного фаербола, закончившийся оглушительным взрывом, от которого даже пыль, зависшую в воздухе, сдуло.
— Защищайте советника! — Раздался крик, едва различимый за треском зарождающихся пожаров и осыпающихся, от невиданных ранее издевательств, стен.
Старик, сраженный мечом, рухнул подобно мешку с картошкой, едва угасла последняя искра на моем клинке. Его безвольное тело, облаченное в рваные, но явно не дешевые одеяния, продолжало исторгать из себя кровь, хоть и не так же резво, как при жизни. Стоило лишь задержать взгляд на маленькой алой лужице, постепенно впитывающейся меж булыжников мостовой, как меня озарила внезапная мысль. Его кровь не такая, как у прочих нападавших.
— Игни! Игни Пульвис! — Раздался крик откуда-то из-за спины, от чего меня внезапно пробрала дрожь по всему телу и странное наваждение, замедлявшее время, исчезло.
К горлу резко подступил ком, грозивший явить свету остатки недавней трапезы. Тело стало тяжелым и непослушным, а ватные ноги, лишь по причине природного упрямства, не повалили меня наземь, подле врага. Пришлось даже использовать меч в качестве трости, на что он отозвался возмущенным звяканьем.
— Игни! — Повторился крик, более настойчивый.
Обернувшись, наблюдаю за резким изменением ситуации. В ряды моих друзей влилось пополнение, в виде пятерых вооруженных мужчин, носящих одинаковые и явно уставшие кирасы. Выстроившись кругом, они напряженно озирались, высматривая новые угрозы. Но обезлюдившая улица, усыпанная тлеющими телами, источающими мерзкий запах горелых волос, не спешила открывать свои тайны.
Реймс, все так же окруженный пузырем, пытался привлечь мое внимание и махал рукой. Интересно, от чего это он так беспокоится? Мы же победили, вроде… Взгляд вычленяет из общей картины тело одного из хранителей, от чего память вываливает наружу все произошедшее за эти минуты, благоразумно спрятанное «в архив» на время сражения.
— Сиви! — Пропустившее удар сердце вновь начинает бешено колотиться.
Ускорив шаг, добираюсь до импровизированного оцепления. Груни все так же лежит на земле, хоть и подает признаки жизни. На щеке видна тонкая дорожка уже подсохшей крови, берущая начала из ушной раковины. Хайнц, оказавшийся менее восприимчивым к женским воплям, продолжает исцелять брата, уложив его голову к себе на колени. Мавер, младший из хранителей, сидит на земле, обхватив колени руками. Взгляд его пуст и устремлен в бесконечность, словно пронзая саму ткань реальности, тогда как тело медленно качается взад-вперед, подобно маятнику.
Искомый человек оказался на том же месте, где я видел её в последний раз. Сиви лежала на земле и все так же, широко распахнутыми глазами, смотрела на небо, что-то беззвучно шепча губами. Тело, напряженное и вытянутое подобно струне, практически не двигалось даже в момент вдоха, что могло обозначать сильную боль от любого движения.
— Сиви, радость моя. — Я опустился подле девушки на колени, уложив меч рядом. — Ты слышишь меня?
Девушка перевела встретилась со мной взглядом и медленно моргнула, давая положительный ответ. Как и думал, любая попытка выдавить из себя хоть слово — подобна муке.
— Постарайся не шевелиться, я тебя обязательно вытащу. Просто доверься, хорошо? — Улыбаюсь девушке и получаю еще одно обозначенное глазами согласие.
