И выступило войско, и задрожала земля, и ветр побежал впереди, и слухом прониклось пространство. Увидели корсуньцы, караулившие в устье Непра, и известили Царь-град, что идут русьские, и корабелеми покрылось все море, блещут парусы морскою пеной. Предупредили цесаря и болгаре, сосчитав русьских воетз и печенезей. Просил цесарь задержати русьское войско при перевозе через Дунаву, ибо не был готов. Послал лутшего полководца с тысячей воев, и дали тысячу болгаре; але Русь перевезлась, не задержась ни на день, и бе заслуга полков Добрына, сына Милко, Лю-бечского князя, и Рогволда, варяжина-русича из колена Синеуса; перешед реку в лодьях, (они) секлись с грецеми и болгареми, не ведая страха, и заняли берег, идеже пристали другие русьские лодьи. И погибли все греки и болгаре, и от русьских полков осталось немного. Получив весть о гибели заслопа, послал цосарь к Игру: «Зачем истребляем ся? Сотворим мир и уставим дружбу, простив обиды. Дам откуп, сколько Олгу, и больше». И получив откуп, вернися Игр со славою в Кыев, и одарил (всех) богатыми подарками, и принес жертвы богам, своим покровителям. Рогволду и Добрыну пожаловал златые гривны, сам повесив на грудь; и нарядил Рогволда со временем в Пеки посадником, Добрына, в отроках прислуживавша Игру, поставил воеводою в Новгород, понеже не схотели иль-меньцы Еаряга, говоря, что скорее позовут нового князя, чем оставят прежнего воеводу; тако перебрался Свиналд в Кыев. И созвал Игр великий совет. Собрались его сородичи н (все) подручные князи, и посадники, и белая волхва, и гриди от старшей дружины; хотел блюдением древлих уставов снискати любовь в на-родех, ведь не обрел и сочувствия. И думали о выгодах мира с грецеми и корсуньцами, и пеняли запорожем, еже берут корсуньские корабели и грабят рыбарей, а гостей не пускают по Непру, отнимая (товары) у Порогов. И нарядили посольство к цесарю; и быша меж ними знатные мужи, писавшие в Царь-граде прежний ряд, погубленный временами и бесчестием ш. Ходило посольство от Игра в Царь-град и посольство от цесаря в Кыев, и клялись в вечном мире, каждое по своему обычаю. Греки обещали, и есть о том пергамен, не утесняти русьских гостей, позволяя (им) покупати и продавати, что захотят; и урядились о ценах, дабы не чинити обиды, и дорожил раб в те поры две простых паволоки; несли же на торги паволоки, за какие брали по десяти отроков и отроковиц; (эти) тканины надле-жали княжему двору, простолюдинем имати возбранялось. И был ряд с грецеми не плох и не хорош, остались (в нем) следы былой вражды и таилось зернье новой обиды и неразумения, хотя присягнули допомогати; грецем Игр – супроть печенезей, болгар и казарей, русьским греки – супроть печенезей и казарей "2.