— Сейчас по губам у меня получишь, сам убедишься, — парировал я, удивленный его быстрым флиртом.
Мы уже давно выехали из центра и сейчас находились в предместье, где дома напоминали строения среднего класса в России. Немного пропетляв по довольно узким улочкам, где трудно было бы разминуться двум автомобилям, Бадр остановил машину у высокого кирпичного забора с воротами из нержавеющей стали. Он открыл ключом калитку. Следуя за ним, я вошел в среднего размера домик, скорее похожий на дачу. Бадр включил свет, прошелся по комнатам и повернулся ко мне.
— В машине стоит датчик gps, я избавлюсь от нее, чтобы нельзя было отследить наш путь, и вернусь обратно. Это зайдёт несколько часов, датчик надо будет испортить, а саму машину сжечь. Не жди меня, продукты в холодильнике. Вот тебе, — он протянул мне пистолет полицейского. — Если приду не я, ты умеешь обращаться с оружием.
Он дошел до двери, обернулся и сказал с улыбкой:
— И еще, Саша, прими ванную, от тебя несет так, что можно задохнуться.
Увернувшись от тапки, он выскочил в дверь, оставив меня одного. Калитку двора Бадр закрыл на замок. Через секунду машина стала удаляться, пока шум совсем не затих.
Вернувшись в дом, я первым делом нашел зеркало: на меня смотрело страшилище с кровавыми разводами на лице, с грязными волосами и огромным фиолетовым синяком на всю левую скулу. Я умылся, тщательно намыливая руки и лицо. После слов Бадра я сам стал чувствовать неприятный запах. Но прежде, чем принять ванну, надо было поесть, голод меня начинал сводить с ума. Огромный холодильник был завален продуктами, преимущественно полуфабрикатами быстрого приготовления. Найдя сыр и колбасу, я хотел сделать бутерброд, но хлеба нигде не было. Пришлось в лучших традициях положить колбасу на сыр. Быстро перекусив и выпив чашку пакетированного чая, я отправился в ванную комнату.
В большинстве стран мира сами ванны для купания успешно вытесняются душевыми кабинками, но здесь была большая ванная старого образца. Быстренько почистив и ополоснув ее, я оставил воду набираться. В гостиной включил телевизор: передавали сводку новостей. В конце выпуска диктор сделал печальное лицо и сообщил о смерти принца Абдель-Азиза Суади от долгой и продолжительной болезни, буквально час назад. Ни слова о покушении, ни слова о ранении. Не упомянули в новостях и о кровавом побоище в особняке Сасави. Может, еще не получили информацию, а может, события, связанные с королевской семьей, подвергались строгой цензуре.
Я вылил в ванну полбутылки шампуня, взболтал приличную пену. Теплая вода расслабляла, снимая грязь с тела и усталость с души. Незаметно я уснул, убаюканный тишиной и комфортом. Проснулся от того, что вода остыла, а Бадра все еще не было. Закутавшись в полотенце, я прошел на кухню: ревизия кухонных полок не дала результата. Продукты были, но все требовались приготовить, не было ничего для употребления в пищу сырым, если не считать сыра и колбасы. Выпив еще стакан чая, я забрался на кровать. По телевизору шел документальный фильм о культурном наследии и королевской семье Саудовской Аравии. «Минус один», — усмехнулся я, вспомнив Адель-Азиза и засыпая под монотонное бормотание диктора.
Проснувшись утром, я не сразу понял, где нахожусь. В соседней комнате слышался шум. Найдя свой пистолет, я начал бесшумно подкрадываться: кто знает, какие гости пожаловали. Но это был Бадр, кашеваривший у плиты. Как я тихо ни подкрадывался, он обернулся, улыбнулся и поспешно отвел взгляд в сторону. Идиот! Во время сна мое полотенце размоталось, и я, услышав шум, вломился в кухню абсолютно голый. Кроме дула пистолета в сторону араба угрожающе нацелились еще и соски груди. Осознав ошибку, я вернулся в спальню и, не найдя подходящей одежды, снова замотался в полотенце.
Постучавшись о дверной косяк и получив разрешение, вошел Бадр с сумкой в руках. Оттуда на свет был извлечен форменный костюм охранника, который пришелся мне практически как раз. Будь на размер больше, сидел бы идеально. В данный момент я чувствовал себя одетым в лосины, настолько плотно прилегали брюки к попе, а рубашка обтягивала грудь. Сам костюм представлял из себя бежевую хлопковую рубашку и такие же брюки на пару тонов темнее. Размер явно не Бадра.
— Чей это костюм?
— С нами работал мой дальний родственник, подросток, пока не поступил служить в армию. Он жил в этом доме, который я снимал, костюм остался после него. Не переживай, он чистый, — успокоил меня араб и добавил, выходя в кухню: — Завтрак через десять минут.
