Убедившись, что он мертв, я тяжело скатываюсь с него и попадаю в лужу крови. «Да, блядь, это же, практически, ведро!». В свете светильника кровь, разлившаяся по полу, кажется черной. В это время мои насильники обычно уходили, получив все, что хотели. Этот пришел значительно позже их, приблизительно одиннадцать часов на дворе, говорю я себе. В двенадцать все шумы и движение стихало, значит, у меня примерно час, если никому из охранников не придет в голову проведать шефа в моей каморке. Обыскиваю брюки в поисках ключа от наручников — пусто. В самый последний момент смотрю в нагрудной карман рубашки, здесь они, миленькие. Отстегнув наручники, растираю руки, наношу на них целебную мазь.
Вытащив пистолет из кобуры, проверяю обойму, семнадцать патронов калибра 9мм PARA. Запасных обойм нет, да и зачем они охраннику, сторожащему дворец. Я весь в крови, на животе, на ногах, на спине, даже на лице и в волосах. Невольно обращаю взгляд на убитого: силен, ничего не скажешь. Умудрился прожить не меньше пяти минут, получив двадцать сантиметров железного прута в селезенку, а прут толщиной больше моих пальцев. Рубашкой охранника наскоро оттираю лицо и тело — только размазал все, словно боевая индейская раскраска. Надел свою спортивную форму, кроссовки. Все влажное, воняет, но я и сам не хуже воняю в данный момент.
Я вытащил штырь. Пригодится, если потеряю пистолет или закончатся патроны. Осторожно открыв замок, приоткрываю дверь: в зоне видимости никого, только фонари отбрасывают тени вдалеке. Рано, еще слышны голоса на переднем дворе, я же не камикадзе идти напролом. Несколько раз мне чудились шаги в направлении своей каморки, и я вскидывал пистолет, держа дверь на прицеле. Слуховые галлюцинации. Обострившийся до невозможности слух слышал все, как мне казалось: мышь полевку, пробежавшую по траве, бесшумное скольжение змеи, выползшей на ночную охоту. Наконец все стихло, установилась тишина, прерываемая редким фырканьем лошадей в конюшне. Выключив светильник, я выскользнул в дверь. Встреться мне человек в этот момент, точно принял бы за вампира с моим измазанным лицом. Осторожно двигаюсь в направление ворот и переднего двора, держась в тени.
Уже обходя дворец, я заметил приоткрытую дверь, через которую меня вводили в прошлый раз. Сумасшедшая мысль закралась в голову: оторвать яйца Зияду. Секунду поколебавшись, я продолжил путь, риск слишком велик. К тому же охранник у двери в его комнату был профессионалом, в отличие от дилетантов, насиловавших меня. Вспомнив о них, я заскрежетал зубами. Вот кого точно не пощажу, если встречу, даже не сумели дать девушке удовольствие! Что-что, а с черным юмором у меня и прежде все было в порядке.
Обойдя дворец, переходя от пальмы к пальме, я благополучно добрался до ворот, где понял, что судьбой мне приготовлено очередное препятствие. Домик охраны был довольно большой, ворота примыкали к нему вплотную. Речи о том, чтобы перелезть через забор, просто не было. Забор Абдель-Азизовского дома был просто палисадником в сравнении с этим. Два окна в домике освещены. Подкравшись, я осторожно заглянул: пятеро, трое из которых отдыхают, двое рубятся в нарды. Мне показалось, что послышался посторонний звук с улицы, но прислушавшись, я ничего больше не услышал.
Осторожно оттянув затвор, я убедился, что патрон в патроннике. Приходилось пару раз в жизни бывать в тире, но глок в руках держал впервые. Сердце гулко стучало, мне оставалось открыть дверь и перестрелять всех пятерых, если успею. И хотя трое из них были моими насильниками, я колебался. Это только говорят, что трудно убить первого, потом все легче. Я легко убил первого, меня даже не вырвало, хотя я измазался его кровью с ног до головы. Снова послышался тихий звук с улицы, словно кто-то тронул ветки. «Наверное, зверь», — решил я и, глубоко вздохнув, заскочил в комнату, держа всех на прицеле.
Ошеломление на мужчин, когда в комнату ворвалась вооружённая пистолетом женщина, я буду помнить до конца своей жизни. Сигарета выпала изо рта игрока, сидевшего лицом ко мне и, упав на столешницу, продолжила тлеть. Сидевший спиной застыл, полуобернувшись, в глазах плескался ужас. Трое отдыхавших на кровати приподнялись и остановили движение, увидев дуло пистолета. Я не знал, что делать дальше, застать их врасплох — застал, но убивать было тяжело, тем более что ни у одного из них я пока не увидел оружия. Прошло минуты две в молчании, дальше так стоять показалось бессмысленным.
— Мне нужна машина с полным баком. Потом вы свяжете друг друга, а последнего свяжу я и заберу как заложника, и тогда никто не умрет, — выдал я первое, что пришло мне в голову.
