Мишка открыла сразу, и Вера поскорее втиснулась в кабинку туалета. Соседка сидела на закрытом унитазе, и ее нос практически уперся Вере в живот.
– Ну что? – спросила Мишка.
– Полный порядок, – сказала Вера. – Потерянный телефон Дилера волновать не будет.
Она очень гордилась тем, насколько успешно ей удалось выполнить Мишкино задание. Дилера она оставила на улице – ходить он уже не мог. А Вера всего лишь убедила его рассказать в подробностях про все имевшиеся у него вещества, а по ходу рассказа заявила, что ему нужно свои вещества все тестировать, иначе она ничего не купит. В обмен пообещала взять веществ на десять тысяч рублей и потом еще, если все будет хорошего качества. В итоге Дилер вышел в такой астрал, что ему стало казаться, будто он на исповеди. Вера даже немного испугалась – Дилер стал рассказывать о том, как недавно приговорил двоих людей к смерти.
– Точно все хорошо? – Мишка смотрела на Веру с удивлением.
– Как будто я зависимых никогда не видела. – Вера небрежно пожала плечами. – Спокойствие. Буду с ним сидеть, слюни вытирать, если нужно. Какой план?
Мишка вкратце обрисовала ситуацию.
– Сейчас я вызвоню дядю Сережу, и мы поедем на место встречи с убийцей. Думаю, его будет несложно срисовать. Сколько людей ходит по Питеру с топором? – Мишка похлопала Веру по животу. – Так что, если бы ты могла посидеть до этого времени с Дилером, было бы здорово. Можешь?
Вера кивнула.
– Если он соберется уходить, следить за ним? – спросила она, опираясь о Мишкино плечо, чтобы не упасть. Все-таки кабинка плохо подходила для тайных бесед.
– Не надо, – подумав, сказала Мишка. – Мы его найдем, если что. Вряд ли ты готова заниматься слежкой.
Вера кивнула. Она и так уже чувствовала, что находится на пике своих детективных способностей. Она, как и сказала соседке, видала в жизни зависимых, и это была правда, но она никогда не сталкивалась с наркотиками в таком количестве и в такой близи. Обычно ей доставались накурившиеся или просто сильно пьяные друзья. Дилер, по сравнению с ними, жил в другом измерении.
– Ты как? – Голос с неба заставил Илью открыть глаза и посмотреть вверх. Там, далеко, где-то среди крыш, висело лицо клиентки. Илья ей улыбнулся, но тут глаза пришлось закрыть, потому что лицо не справлялось делать два дела одновременно.
Только разговаривая с этой девушкой, он понял, как напряженно чувствовал себя в последние дни. Привык жить в стрессе, и когда вдруг явился этот придурок и прям с порога, в смысле со стула, бросил: «Представляешь, видел твою татуировку тут у одного чувака дома. Ты с ним, что ли, знаком? Почему он меня, а не тебя расспрашивал?» – Илья весь сжался. Сразу понял, что придется просить отца и потом писать человеку с топором в «Колодец». Братья изображения знака никогда не копировали и уж точно по домам не развешивали. Каждой двоице выдавали два окропленных листка, которыми нужно было помечать святые места. И все – никаких рисунков, никаких новых татуировок или, не дай бог, фотографий.
Илья потом, когда наркоман ушел, весь вечер молился. И пока ждал ответа от отца, и пока следил за журналистом:
И потом, на следующий день, пока ждал новости про журналиста и когда стал искать наркомана. И только теперь, сидя на солнце, на любимой скамейке всех местных курильщиков, Илья наконец ощутил, что отдыхает не только телом, но и душой. Оказывается, с женщиной не обязательно грешить, чтобы чувствовать теплоту. Клиентка сидела рядом, иногда что-то говорила. Пару раз помогала зажечь сигарету. Вела себя как настоящая сестра, в общем. Илья еще шире улыбнулся, пробормотал молитву, которую, кажется, пару лет уже не вспоминал:
