Из телефонного разговора с тренером я узнал, что Нина Даниловна, по моей наводке, в команде навела шухер. На каждого игрока заведена амбарная тетрадь. Ежедневный осмотр перед тренировкой, еженедельные тесты, ежемесячные обследования. Все болезни и недуги фиксировались в зародыше и оперативно лечились. Через ГАЗ в диспансер пробили самое современное оборудование, даже стоматологическое. В команде Нину Даниловну сейчас побаиваются. Она уже не та беспомощная врачиха, которую лапали за буфера. Она одним словом могла отстранить игрока от тренировки или игры. А, в случае нескольких нарушений, могла поставить в Совете клуба вопрос об отчислении. Да, про Совет клуба. Туда кроме Маслова и Граевской, вошли мой бизнес-партнёр Шестернёв, взявший на себя должность начальника команды, а так же заводской представитель — Иван Киселёв, работавший зам. начальника моторного цеха. От игроков в Совет клуба входил капитан команды Василий Васильев. Он был старшим среди новичков по возрасту — 23 года. Неконфликтный и исполнительный, он устраивал руководство клуба.
Маслов ещё посетовал на скулёж половины команды от нагрузок. А ведь в планах увеличение тренировочного процесса в началу следующего сезона. Почти половина "ветеранов" покинула клуб, найдя более спокойные места за те же деньги. Оставшиеся почти тридцать человек требовали ежедневного пригляда и загрузки. Требовался новый замтренера, так как, Эпштейн ушёл с головой в хоккейный клуб и в организацию областного турнира "Золотая шайба".
А где же парторг? — спросят внимательные читатели. А его функции взял на себя партиец Шестернёв. Партработники горкома и даже обкома его откровенно побаивались. И не зря. Ведь рядом с ним всегда находились "секретари" с военной выправкой и рентгенисто-стальным взглядом. Парни в войну в тылу не отсиживались… Ну, а то, что срок есть… Так, у многих есть…
Звоню так же бизнес-партнёру. Шестернёв, став начальником команды, сдал "свой" склад заместителю и добился у руководства ГАЗа строительства в 1952-м году "спортивного дома". Все шестнадцать квартир будут предназначены для футболистов и руководства "Торпедо" в случае, если команда не вылетит из класса "А". А я ещё подкинул идею насчёт подарка завода за Чемпионство. И игрокам основы, и руководству клуба по легковой машине.
Присвоен повышенный статус "Скромняга 2".
Партнёр посмеялся над моими мечтами, но, пообещал озвучить идею перед руководством завода. Шестернёв ещё порадовал, что на доработку "Бычка" удалось подрядить хорошего газовского конструктора Александра Просвирина. С его советами мы точно победим в конкурсе.
Обо всём этом я думал потягивая из бутылки "Ленинградское" в сквере у телефонной станции после общения с "горьковчанами".
1 ноября 1950 года. Москва.
Утром наш капитан Костя Крижевский сообщил новость — Сергея Сальникова "отцепили" от сборной из-за сигнала из милиции. Он бегал от контролёров в поезде и его узнали. Прислали бумагу в Спорткомитет. Так, что меня снова берут в сборную запасным.
Перед футбольной тренировкой "ВВС", я сделал очень удачный заброс про тренера в Горький. У нас в дубле ВВС доигрывают два "ветерана" — братья Жарковы. Вася и Витя звёзд с неба не хватали. Выходили играть за дубль и иногда за основу на замену, проводили разминки и тренировки. У них был более звёздный старший брат — Георгий, что повесил в этом сезоне бутсы на гвоздь в московском "Торпедо". В своём клубе места ему не нашлось. Он был незаурядным футболистом, плеймейкером, как сказали бы позже. И, что важно для трудоустройства в Горький, как тренер он был неплох. Это я знал по 1957 году, когда Георгий Жарков привёл возглавляемый им "Зенит" к четвёртому месту в Первенстве страны. После встречи с моим бывшим-будущим главным тренером, вопрос с замом для Маслова был закрыт.
Вечером занимался выбором подарков. Скоро дни рождения у расцветающей на глазах Люси Гурченко, у знатного жениха Лёвы Булганина и у притворившейся лапочкой перед свадьбой Дашеньки "Стальной Кулак". Для Люси я купил у Апсолона модные пластинки, Лёве приобрёл после бурной торговли у товарища Фингера почти новый чемодан с лейблом Samsonite, отдалённо напоминающий не появившееся ещё "дипломаты", и журнальчик недвусмысленного содержания. Неизвестно, какому подарку дружище-мажор будет рад больше. Советоваться про подарок для Даши я зашёл в Общесоюзный Дом моделей. Но, Вии не было. Нашёл там модельера Веру Аралову. Она принимала старую (во всех смыслах) подругу — Лилю Брик (ту, что с Маяковским зажигала) и согласилась посоветовать что-нибудь "настойчивому юноше" для невестки маршала Булганина.
— Мне бы скромно и со вкусом. — озвучиваю я свою просьбу Вере.
— А что так? — интересуется "бабушка" Лиля, — Спортсменам плохо платят?
